Шедевры и преступления. Детективные истории из жизни известного адвоката

Однако все ужасы войны имеют свои последствия и в мирное время. «Анжелина» опустела и довольно надолго. В памяти у всех были живы еще воспоминания о любимом заведении фашистов. Редкие посетители оправдывались перед знакомыми и журналистами, говоря о том, что мир снова вернулся в знаменитый салон, и надо его поддержать. Семья, во владении которой оставалась «Анжелина», пыжилась изо всех сил. Им удалось то ли сдать на пятьдесят лет, то ли продать антресоли салона странному объединению под названием «Maison d’Afrique». Таким образом, в заведении до нынешнего дня существуют три надписи: «Румпельмайер», «Анжелина» и «Дом Африки». Но улучшению финансовых дел семьи владельцев сделка не помогла, и в середине шестидесятых салон перешел в новые, «незапачканные руки». Это сегодня в «Анжелину» стоит дикая очередь из туристов и парижан. Все страшное постепенно выветривается из памяти. Новые поколения и не подозревают, что творилось здесь и в соседнем здании всего несколько десятилетий назад. Память народа бывает очень коротка. Или ее заставляют такой быть. К счастью? К сожалению?

Время покажет. Но если вы когда-то попадете в столицу Франции, вспомните горячий шоколад и пирожное «Монблан». Ну и не смотрите после этого пару недель на весы в вашей ванной комнате.

С удовольствием отметив, что, согласно фотографиям легендарного салона, в нем ничего не изменилось за без малого сто лет, оставив за собой стеклянные двери, я неожиданно осознал, что не знаю, как выглядит дама, с которой назначена встреча. Мало того, я не знаю, на чье имя заказан стол (если заказан), и поэтому мне непонятно, как подать о себе позывные. Запеть «Вдоль по улице метелица метет»? Сумасшедших же видно издалека.

Между тем зал «Анжелины» был полупустым. Парижане еще пренебрегали заведением с плохой аурой. Одиноких пожилых дам было три. Одна читала журнал и не обращала на меня никакого внимания, вторая на мою улыбку подняла удивленно-презрительную бровь, и еще одна грузная дама в упор на меня смотрела. Но мало ли кто в ее возрасте разглядывает двадцатипятилетнего мальчика. Как раз в тот момент, когда я начал приглядывать себе свободный столик, я и услышал сбоку от себя: «Александр? Bonjour». Все-таки это была она.

– Нина Николаевна, это я.

– Присаживайтесь. Что же вы стоите? Мне было очень интересно смотреть, как вы оглядываетесь по сторонам. Что будете пить? Здесь подают вкуснейший на свете горячий шоколад. Но чай тоже весьма изысканный. Спасибо, что пришли вовремя. По нынешним временам точность у людей – большая редкость. Все стали опаздывать. Вы не находите? У французов есть замечательная пословица: «До назначенного срока – рано, после назначенного срока – поздно». По-моему, лучше и не скажешь.

Эту пословицу я знал, но из уважения к возрасту пришлось улыбнуться.

– А Пахомовы были правы. Вы непростой мальчик. Или это всего лишь врожденная тактичность? Не имеет значения. Перейдем к делу. Человек, которого я ищу, должен нести на себе две функции. Я составляю каталог-резоне картин своего супруга. И мне нужен помощник. Еще мне немного скучно. Вы знаете, что такое каталог-резоне?

Ну это уже вызов. Даже обидно. Каталог-резоне (от французского слова raisonné) – научное исследование всех известных произведений художника. Это сборник наиболее полной информации о каждой работе исследуемых шедевров автора. В подобных каталогах есть практически все сведения: название работы, размер, дата создания, обладатель произведения на текущий момент, провенанс (история владения), выставки, на которых побывал шедевр, литература, упоминания и тому подобная информация. Кроме того, он несет на себе полезнейшую функцию: каталог сильно усложняет продажу подделок. Нет такой картины в издании резоне – большая вероятность, что рынок ее отвергнет. Истоком для таких исследований можно считать книгу Джорджо Вазари[62], художника, писателя конца XVI века. В ней он подробно описал местонахождения шедевров Микеланджело и Боттичелли. Само слово raisonné переводится на русский язык как нечто связанное с мыслительным процессом или рассуждением. Что для искусства не всегда правда. Каждый критик и исследователь может увидеть в любой картине от революционного вызова до порнографии. Все зависит от фантазии исследователя. Критики шедевра Репина «Бурлаки на Волге» с надрывом заявляли, что малюсенький пароходик на заднем фоне реки – это явный призыв к индустриальному будущему России. Хотя кто-то, ссылаясь на слова художника, говорил, что Илье Ефимовичу просто пришлось закрасить случайно поставленное пятно на полотне. Возвращаясь к каталогам, надо сказать, что, неся на себе огромные положительные функции, как неприемлемость появления на рынке подделок и фальсификатов, исследование отрезает возможность нахождения новых шедевров, не вошедших в каталог. Рынок ссылается на то, что до сегодняшнего момента работа в каталог не вошла. И все. Стоимость холста равна нулю. Будь он хоть трижды оригинал.