Синдром самозванки. Почему женщины не любят себя и как бросить вызов своей неуверенности

Диана (39 лет, замужем, двое детей-школьников) плохо себе представляет возвращение на работу и одновременно с этим переживает частые приступы ревности мужа с момента рождения первого ребенка.

Однако до замужества ее жизнь была полна возможностей. Защитив докторскую по биологии, она получила должность в большой исследовательской лаборатории в районе Парижа, очень увлекательную работу. Это был ее способ внести вклад в развитие человечества.

«Моя мать была очень критичной и отстраненной. Материально балуя своих детей, она не могла удержаться от замечаний. Подростковые годы были разгаром конфликтов: мать делала пренебрежительные замечания по поводу моей внешности. Однажды, когда я оделась слишком “сексуально”, она назвала меня “большим пятнистым жирафом”. Отец был поглощен своей работой инженером, его почти не было. Мой брак с парнем из колледжа позволил мне дистанцироваться от родителей, он был синонимом свободы и любви». Три переезда спустя, во Франции, а затем за границей, следуя за мужем, Диана очень плохо переживает период сорокалетия, она не может принимать решения («Я давно полагаюсь на своего мужа») или проецировать себя в мечтах вернуться на работу.

«Я чувствую, что больше не знаю, кто я. Чувствую огромную пустоту в себе».

Эгоцентричный родитель (не говоря уже о родительском нарциссизме, представляющем собой крайнюю форму токсичности в отношениях) ставит свои потребности выше потребностей ребенка.

Когда родитель злоупотребляет критикой, ребенок быстро учится сомневаться, теряет спонтанность, задумывается перед любым действием, окрашивающим его жизнь оттенком неуверенности перед повседневной жизнью.

Эти постоянные вопросы замедляют внешний импульс и впоследствии могут привести к безразличию в принятии решений. Неуверенность и сомнения будут частью психологической сети, потому что привычка не выбирать, не выражать себя становится повторяющимся защитным механизмом.

Когда ребенка называют «ленивым», «трудным», «глупым» или «непослушным», это дает ему отрицательную атрибуцию, не только затмевающую сложность личности, но также способствующую чувству растерянности, пустоты, возникшему во время острой фазы, которую Диана переживает на заре нового десятилетия. Диана парализована перед стремлением к профессиональной реинтеграции, несмотря на хорошее образование и короткий, но престижный профессиональный опыт. Отсутствие уверенного и вдохновляющего взгляда отца также могло быть фактором ее неуверенности. Создается впечатление, что он не ожидал многого от дочери; в любом случае, он не выразил словесных амбиций, ожиданий от нее. Однако взгляд отца важен, потому что он открывает внешний мир и неопределенный аспект существования.

Стратегии компенсации за то, что вас любят и ценят, также могут помочь объяснить приступы ревности. Диана научилась вести себя тихо, заглушать свой настоящий голос, истинные мысли, стараясь не думать об искренне желаемом, чтобы защитить себя от возможных разочарований.

Каждый день мы изобретаем и создаем нашу жизнь, в которой «я» приближается к миру или находится с миром в определенном отношении. В детстве, если заглушают наш голос, возможность самоопределения становится еще более трудной, особенно в социальном контексте, стимулирующем поддерживать это молчание и, таким образом, снижающем уверенность в себе.

Американская поэтесса и писательница Сильвия Плат уже «прокричала» это пророческим образом, когда описывала свой опыт буржуазной женщины, образованной и обреченной на домашнее заточение со всем сдерживающим давлением, которое только могло последовать: