Сквозь слезы. Русская эмоциональная культура

Ил. 3. Тарас Шевченко. Кобзарь. СПб., 1840. Титульный лист первого издания; Ил. 4. Михайль Семенко. Кобзарь: Повний збiрник поетичних творiв в одному томi (1910–1922). Київ, 1924. Портрет на обложке работы Милицы (Майи) Симашкевич

Далее мы рассмотрим нюансы слез и плача в поэзии Михайля Семенко.

2

Семенко начинал как эпигон украинских символистов, поэтому его ранние опусы 1910–1913 годов нередко подражательные и инфантильные. Слезы и плач встречаются в них довольно часто, вот несколько типичных фрагментов такого рода:

Хочеться плакать про волю закутую,Хочеться пісню вернути забутую…«Тіні минулого» (1912)

Хочется плакать о свободе закованной,Хочется песню вернуть забытую…«Тени прошлого»Я чую плач в душі нудній,І линуть дні, і линуть роки!..«Коли злилися?» (1912)

Я слышу плач в душе скучной,И проходят дни, и проходят годы!..«Когда злились?»

Мрії плачуть і сміються…В моїм серці хвилі ллються…«Ручини» (1913)

Мечты плачут и смеются…В моем сердце волны льются…«Ручейки»

По всей видимости, поучившись в 1912–1913 годах в Петербурге584 на Черняевских общеобразовательных курсах, а затем студентом-вольнослушателем Психоневрологического института познакомившись с радикальной поэзией и акционизмом столичных футуристов, Семенко резко меняет поэтику и в феврале 1914 года организовывает в Киеве первое авангардистское объединение «Кверо», провозглашая кверо-футуризм (от латинских слов «искать» и «будущее»)585. Его заочными учителями и поэтическими ориентирами на раннем этапе творчества были такие разные фигуры, как Уолт Уитмен, Эмиль Верхарн, Елена Гуро, Игорь-Северянин, Андрей Белый, а также поэты французского декаданса и философ Каллистрат Жаков. Своеобразной симультанностью и медитативностью лирика Семенко обогащается во время военной службы на Дальнем Востоке (1915–1917), где он открыл для себя восточную традицию (в это время он интересуется восточными учениями и искусством, покупает японские гравюры). Ниже два стихотворения586, написанные во Владивостоке, где очень по-разному декларируется отказ от слез (в первом случае в эпатажной форме, а во втором в виде лирической медитации):

НУ

Гей підходьте всі кому плакать хочеться,хто не танцює й не ходе в Народний Дім.Хто смішний і в кого серце хлюпочеться —од весни, од парку, од матових зім!Гей підходьте, махайте білими хусткамивсі зневажені й плачучі від безсилої погорди —доля поглумилася над нікчемними вами —гей, підходьте, – гей ви, я хочу дати вам по морді!16 – II. 917. Владівосток

НУ

Эй, подходите все, кому плакать хочется,кто не танцует и не ходит в Народный клуб.Кто смешон и у кого сердце щекочется —от весны, от парка, от матовых вьюг!Эй подходите, махайте белыми платками,униженные, плаксивые, бессильные в спорте —судьба поглумилась над ничтожными вами,эй, подходите, эй, вы! – Я хочу дать вам по морде!Перевод А. Р.

ВОГНИКИ ПО БУХТІ СКРІЗЬ

Катер дає третій гудок —блискучий, витворний катер.Місячної ночі ми кидаєм Владивостокі рушаєм в бік, де темніє кратер.Вогники, вогники по бухті скрізь,вода шумує і колише хвиля.В нашім серці правда немає сліз,мила?Місто, місто в огнях зостається ззаду.Море виблискує, тіні погляд лоскочуть.Кохана – чому ми раді,чого серце хоче?30 – VI. 917. Владівосток

ОГОНЬКИ В БУХТЕ