Сначала отвести беду...

Он усмехнулся про себя. "Бригадир"! Так называли его только свои, те, что на подхвате. Хмуров хорошо понимал, что на принятое в их среде понятие "Бригадир" он не тянет. Не было у него своей "армии" боевиков. Так…три десятка пацанов…Плюс, конечно, мозговой штаб. Не "держал" он не только район или зону, но и вообще никакой конкретной территории. Не собирал "налоги" и не крышевал частников. Но благодаря своему чутью и хорошо поставленной разведке, срывал хорошие куши то здесь, то там. Реальные хозяева территорий знали Хмурого, иногда пользовались его наводками и не возражали, когда Александр Васильевич проворачивал свои операции на их территориях. Тем более, что Хмурый заранее предупреждал их о своих намерениях. Ясно, без лишних деталий… Короче говоря, определённого статуса в "московских кругах" он не имел. Слишком поздно вошёл он в преступный мир. Да и "интеллигентное" прошлое в их среде не котировалось. Он чувствовал себя чужаком среди них, чужаком и был.

Потому и задумался достаточно давно о выходе из игры. Потому и планировал эффектную операцию, чтобы, взяв хороший куш, уйти. "Мальчиков" своих он не жалел, скорее не думал о них. Есть зубы, нет совести, — значит, не пропадут. Прибьются к какому-нибудь чёрному войску….

…Стучат колёса….Мелькают за окном отдельные строения и посёлки, мелькали перелески, а в просветах придорожных защитных лесопосадок мелькали заснеженные поля.

Поспать бы….Но не спится….

Как же неудачно всё получилось! Кажется всё продумали они с Ричардом. Последний месяц они так часто встречались, что этот дурень вообразил себя чуть ли не другом Хмурого. А каким ничтожеством предстал во время последней встречи в "Медвежьем Углу". Даже мараться об него не хотелось. Но пришлось. Ричард единственный, кто видел и знал о выстреле в ментовского майора.

…Снова потекли воспоминания.

Когда Ричард прибежал к нему и сказал, что надоедливый майор собирается придти в контору и снова допрашивать Пилецкого, Хмурый дал ему микро-микрофон и велел подсесть в машину. Слушали вместе почти весь разговор Андулина с Пилецким. Скверно всё складывалось, референт "поплыл" и проболтался о больших деньгах, о таинственном знакомце начальника, приходившим недавно в офис….И вот тут-то сказал мент роковую фразу. Хмуров задумался, вспоминая её. Рассердился сам на себя, — да на кой хрен мне это нужно? Какое теперь это имеет значение? Но навязчивая мысль потому и называется так, потому что не нужна, а из головы не уходит. Да, что-то такое: "Видите, Пилецкий, вас подводят под монастырь, а я верю вам. Рассказывайте. Я даже протокола не веду и магнитофона в кармане у меня нет".

Именно тогда Ричард выразительно посмотрел на меня и я, как пацан, импульсивно достал оружие. Чего добился? Майора ментовского на тот свет спровадил. Майоров у них много, а теперь вся милицейская свора от меня не отстанет.

Он перевернулся на другой бок.

Вот так одно за другое и цепляется. Сначала водила этот некстати зашёл, глазища вылупил….Сразу понятно стало, что молчать не будет….Зряшное убийство, а что делать было? Потом майор….Потом этот придурок….А интересно, сколько душ я лично за эти годы?…О, чёрт! Об этом и думать, оказывается, не приятно. Я-то считал, что привык уже….Первого ещё в 92-ом завалил. Ну, это простительно. Как говорится, в порядке самообороны…

Хмуров снова перевернулся на другой бок. Немного полежал, свесил ноги и, опершись рукой о противоположную полку, спрыгнул на пол…Пора сходить в вагон-ресторан…

Пётр Николаевич Беркутов открыл дверь кабинета Кличко.

Вячеслав Сергеевич, увидев его на пороге, вскочил:

— Здравия желаю, товарищ Генерал-лейтенант!

— Здравствуй, полковник, — Беркутов вошёл в кабинет, сел за Лёвин стол. — Садись, Слава. И не ешь ты меня глазами, мы, помнится, виделись меньше недели назад…

— Это так, Пётр Николаевич, но я так рад увидеть вас в этих стенах….Так и кажется, что прикажете в ваш кабинет явиться.

— Моего кабинета здесь уже нет, Слава, — генерал вздохнул с неподдельной тоской. — А пригласил меня генерал Ларцев. На днях планирует он провести коллегию по итогам прошлого года, вот и попросил меня поучаствовать в подготовке и заседании….Как никак, а полгода прошлого я отвечал за работу главка….Ну, а у тебя как дела? Что нового в расследовании "партийного ограбления"?

— Ох, Пётр. Не оно меня тревожит. С ограблением этим, практически, полная ясность есть. Так, детали уточняем. А вот, кто убил Серёжу Андулина?… Если бы мы не опоздали и взяли Хмурова, или, как его звать, не ведаю… Наверняка, этот бандит знает. И ещё, Пётр Николаевич! Я уже говорил вам, что хотелось бы понять роль партийного босса — гражданина Орехова….

Беркутов встал и подошёл к окну. Долго смотрел на знакомую картину, открывающуюся из окна. Молчал. Потом повернулся к Вячеславу Сергеевичу.