Практика иллюзорной формы стремится к срединному пути между репрезентационизмом и конструктивизмом, к пути, который не овеществляет ни одну из этих крайностей. Согласно этому воззрению, организм и его мир возникают в совместном танце со-творения. Одно не возникает из другого. Ни мир (репрезентационизм), ни организм (конструктивизм) не может быть первичным в процессе со-возникновения. Алан Б. Уоллес пишет:
Похоже, это ставит под сомнение само существование независимо существующей вселенной, состоящей из феноменов, которые мы определили как физические. Наше обычное переживание бодрствования обретает качество, напоминающее сновидение… [Однако] из этого не следует, будто не существует вселенной, независимой от человеческого ума (физической или иной): скорее, из этого следует, как утверждал Кант, что когда мы пытаемся воспринимать и постигать вселенную, мы делаем это, используя чувственные и когнитивные способности человека, которые не предоставляют нам доступа к реальности, существующей независимо от наших способов исследования[284]
.Это совозникновение «себя» и «другого» ведёт ко второй проблеме, к которой нужно быть внимательными, когда вы ставите под сомнение свои восприятия: вам нужно поддерживать какую-то матрицу реальности, нечто реальное. Без этого всё скатывается в нигилизм, солипсизм и патологический постмодернизм (происходит регресс к состоянию радикального релятивизма). Без чего-то реального мы не можем говорить об иллюзии. Иллюзия в противоположность чему? Ложная видимость в противоположность чему? С буддийской точки зрения «что-то», или абсолютная природа реальности, – это пустотность[285]
. Открытие реальности / пустотности – это сущность нашего пути, а вызов конвенциональным проявлениям – это один из способов идти по пути, возвращаясь к реальности. Указание на ложь может подогреть наш поиск истины.Представьте, что входите в свой гараж на закате и видите в углу большую свернувшуюся змею. Вы в панике отскакиваете, щёлкаете выключателем, чтобы получше её рассмотреть, и обнаруживаете, что это просто верёвка. Какое облегчение! Змея была иллюзией, а реальностью оказалась верёвка. Проблема была в вашей ошибке – вы приняли верёвку за змею. Дело не в том, что верёвки нет. Вы придумываете змею, а не верёвку (последнее было бы крайностью конструктивизма). Помните, какова изначальная эмоция сансары? Лежащий в самом основании страх, сохраняющий эго. Этот страх, по сути, является результатом того, что вы повсюду «видите змей». Включив свет осознанности, вы можете увидеть, что ваш страх безоснователен. Змеи исчезают.
Концептуальный итог, который может вызвать фрустрацию у создающего концепции эго, в том, что никакого
Однако прямо сейчас наша цель – найти слова для описания более глубоких истин, скрытых за воззрением репрезентационизма, а также посмотреть на то, как нас обманывают наши органы чувств. Цель изучения и практики в том, чтобы устранить ложные воззрения (такие как репрезентационизм / двойственность) в процессе, постепенно раскрывающем вечно присутствующее правильное воззрение (пустотность / недвойственность). Устраните облака – и станет виден свет солнца. Взгляд на «воззрение» с буквальной или визуальной точки зрения может помочь нам увидеть, как нас захватывают в свои ловушки ложные концептуальные воззрения.
Исаак Лидски, постепенно лишившийся своего зрения и открывший новые способы «видеть», пишет:
Ваше переживание зрения неразрывно связано с вашим концептуальным пониманием мира… Зрение задействует ваше знание, ваши воспоминания, мнения, эмоции и внимание ума… То, что вы видите, является сложным концептуальным построением, которое создаёте вы сами, однако вы переживаете его пассивно, как прямую репрезентацию окружающего мира. Вы создаёте и поддерживаете собственную реальность, собственную истину[286]
.Ошибка веры в то, будто всё, что вы видите, – просто информация, транслирующаяся из ваших глаз, – это заблуждение сведения восприятия к приёму сигналов. Восприятие – это не приём сигналов. Восприятие – это результат конструирования. Реальность предоставляет нам фрагменты данных, почти что в стиле цифровых технологий, которые мы склеиваем для создания своей версии реальности, производя