Советская авиация в военных конфликтах 1920-х годов. От Кронштадта до Туркестана

Особое внимание в работе авиации обращалось вопросам аэронавигации. Несмотря на неблагоприятные условия погоды в горах и отсутствие развитой системы метеорологических наблюдений на территории Дагестанской республики, руководству ВВС СКВО все же удалось наладить аэронавигационную службу на период проведения операции. Для этой цели на базе 6 орэ была развернута радиостанция, способная принимать радиосигналы на больших расстояниях. Это позволило ежедневно получать гидрометеобюллетени по Каспийскому морю, в районе которого размещались авиационные подразделения. Значительную помощь в получении достоверных сведений о метеообстановке оказывало бюро погоды Бакинской обсерватории (Азербайджанская ССР).

Во избежание аварий в горах командование СКВО особым распоряжением потребовало дважды в день доводить до летного состава информацию о состоянии погоды в горных районах.

К выполнению боевых задач летчики приступили по мере прибытия к местам временной дислокации: 6 орэ – 4 сентября, а 9 окао – двумя днями позднее. Всего за период операции экипажами было доведено до соединений и частей 18 заданий от вышестоящего командования, совершив при этом 43 полета общей продолжительностью 114 часов. В рамках организации воздушной разведки осуществлена 21 площадная и маршрутная съемка. Активно привлекались самолеты и в пропагандистских целях, разбрасывая по всей республике обращение дагестанского правительства к населению о необходимости добровольной сдачи оружия и несопротивления представителям власти и войскам.

В отличие от операции по разоружению Чеченской автономной области (1925 г.) авиация боевых действий не вела. Проводилась лишь плановая учеба с обстрелом и бомбардировкой условного противника, а также организацией ночных полетов.

По общей оценке командования СКВО, авиация в ходе операции сыграла значительную роль, оказав большое моральное воздействие на местное население, одновременно «проявив достаточную выучку и слаженность летного состава»³¹¹.

Итоги проведенной операции

В ходе проведенной чекистско-войсковой операции по разоружению Дагестана было изъято большое количество оружия (табл. 8).

Таблица 8

Наименование Количество (ед.)

Кроме того, учтено и оставлено на руках местного населения 5353 винтовки, 4691 револьвер и 4 пулемета (табл. 9).

Таблица 9

Наименование Кол-во Наименование Кол-во

Всего прошло официальную регистрацию до 70 тыс. единиц огнестрельного и холодного оружия³¹².

К отдельной части гражданских лиц в ходе операции органы ОГПУ вынуждены были применить репрессивные меры. При этом широко практиковался временный арест, коснувшийся главным образом наиболее злостных «несдатчиков, укрывателей и саботировавших распоряжения представителей местной власти». Одновременно ОГПУ произвело ликвидацию ряда антисоветских организаций (остатки баз бандформирований Н. Гоцинского, группировок так называемых горских «монархистов»³¹³ и др.), поддерживаемых зарубежными эмиграционными центрами. Всего аресту подверглось 1867 человек, из которых 1711 человек по завершении операции были освобождены, 60 человек задержаны до окончания следствия. Из общего числа арестованных особыми «тройками» были приговорены:

к высшей мере наказания – 52 человека;

трем годам концлагеря – 41 человек;

высылке в Сибирь – 3 человека³¹⁴.

Также органами государственной безопасности было ликвидировано ряд крупных банд в Самурском, Кюринском и Гунибском округах. Внесудебная «тройка» ПП ОГПУ по СКК рассмотрела несколько десятков уголовных дел. В феврале 1927 г. Дагестанским отделом ОГПУ был арестован бывший командир карательного подразделения в составе банд Н. Гоцинского «Забанияд» К. Казиев³¹⁵. За антисоветскую деятельность осуждены 139 «активных бандитских элементов» и пособников, из них 7 человек расстреляны³¹⁶.

Местное население республики восприняло проведение операции очень настороженно, при этом многие горцы заняли выжидательную позицию. В аулах муссировались всевозможные слухи об якобы истинных целях операции. Считалось, что войска специально размещаются на территории Дагестана в ожидании начала новой войны. Свое разоружение население воспринимало как выражение недоверия к нему со стороны центральной власти. Более охотно на добровольную сдачу оружия шли лишь беднейшие слои горцев, считавшие, что советская власть при любых обстоятельствах не даст их в обиду. Зажиточная же часть населения и городская интеллигенция в своей массе к процедуре разоружения отнеслись крайне отрицательно.

Двойственную позицию заняло местное духовенство. Появление войск первоначально внесло в его ряды большое смятение. Из-за страха перед возможными репрессиями отдельные его представители стали активно агитировать за сдачу оружия. Но, убедившись в личной безопасности, часть духовных лидеров открыто выступила против действий официальных властей.