Советская кинофантастика и космическая эра. Незабвенное будущее

Притом что соцреализм предписывал изображать будущее в строгих рамках идеологии, согласно которой и на более развитых этапах космической эры, включающих межпланетные полеты и контакты с внеземным разумом, главенствовать во Вселенной будет человек нового, советского типа, главным локомотивом прогресса и приближения коммунистического будущего считались научные исследования. Соответственно, в научно-фантастическом и научно-популярном кино возрастал интерес к сугубо техническим, экранным возможностями визуализации будущего. Собственно, до самого конца 1970-х годов в советских научно-фантастических фильмах ощущалось отчетливое влияние «Дороги к звездам» (1957) – снятого мастером спецэффектов П. Клушанцевым научно-популярного шедевра, посвященного истории советской космической программы. Этот фильм, затейливое сочетание торжественно-патриотического сюжета и киноматериала, послужившего не только данью памяти о труде советских ученых и космонавтов, но и его экстраполяции на экран с использованием визуализации как одного из первостепенных инструментов воображения, задавал тон последующим советским научно-фантастическим и научно-популярным киноработам вплоть до высадки на Луну.

«Дорога к звездам» снималась на студии «Леннаучфильм» («Ленинградская студия научно-популярных и учебных фильмов»). Аккуратно балансируя на грани между документальными и игровыми сценами, режиссер помещает и те и другие в идеологический контекст, пользуясь киносредой как благодатной почвой для всевозможных находок и экспериментов в духе пионеров жанра начала ХХ столетия, таких как Ж. Мельес и В. Журавлев в «Космическом рейсе» [Beumers 2016]. Однако если Журавлев полагал космические путешествия символом могущества сталинского советского государства, представляя их как дерзновенную мечту, то в «Дороге к звездам», вдохновленной реальными достижениями советской космической программы, мечты простирались гораздо дальше: не только к полетам на Луну, но и к разветвленной системе пилотируемых космических полетов, со спутниками, ракетами, плановыми высадками на Луну и колонизацией космических просторов. Кроме того, если фильм Журавлева вышел на излете первоначальных советских космических восторгов, то «Дорога к звездам» как бы позволяла зрителю услышать рокот космодрома и призывала советскую молодежь вступать в ряды инженеров, физиков и пилотов. Сам С. Кубрик, снимая свою «Космическую одиссею», вдохновлялся советским фильмом, не говоря уже о многочисленных отголосках в последующих советских кинокартинах. Впоследствии Клушанцев снял еще два вполне успешных научно-популярных фильма – «Луна» (1965) и «Марс» (1968), – но завороженность иными мирами пронизывала уже первую его игровую ленту. Меньше чем через год после исторического полета Гагарина Клушанцев снимает «Планету бурь», часто именуемую одним из главных шедевров советской научной фантастики, хотя и по иным причинам, нежели «Аэлита», «Туманность Андромеды» или «Солярис».