Советская кинофантастика и космическая эра. Незабвенное будущее

Таким образом, фильм знаменовал важный сдвиг в представлениях о том, каким может быть детство в будущем: взяв за точку опоры мир фантазии вместо почтенного научно-фантастического жанра, авторы в гораздо большей степени сосредоточились на способности детей к спонтанным действиям, чем на ожиданиях, предъявляемых к юной «надежде рода человеческого» в случае критической ситуации. Костя и Стас – дети, свободные от идеологического бремени, и звучащая в финальных титрах композиция «Этот большой мир», напоминающая об их советских предшественниках, указывает именно на то, что фильм вступил в диалог с наследием советских детских фильмов, которые, изображая космическое будущее, приковывали к нему своих героев, словно мраморные статуи к пьедесталу неизбежного товарищества, честности и рациональности.

Немаловажно также, что «Азирис Нуна» был не единственным случаем подобного смещения фокуса. Внедрить эмоциональную составляющую в детскую кинофантастику стремились и другие режиссеры, например Ф. Бондарчук, к настоящему времени снявший уже две научно-фантастические картины для юного зрителя: две части «Обитаемого острова» (2008–2009) и «Притяжение». Формально оба фильма связаны с космической тематикой, но дилогия «Обитаемый остров» посвящена не столько освоению космоса, сколько истории инопланетной цивилизации и вторжению людей на другую планету. К тому же героями фильма были совершенно самостоятельные молодые люди, в силу возраста никак не проявлявшие свойственной детям лиминальности; их поступки ни в коей мере не зависели и никоим образом не определялись действиями «старших». Проще говоря, это были настоящие «взрослые» с любой возможной точки зрения. В «Притяжении» подход к изображению детства был гораздо более прямолинейным. В свете активно возрождающегося политического интереса к роли младших поколений (о чем свидетельствует тот факт, что начиная с 2013 года Федеральное агентство по делам молодежи, или Росмолодежь, неизменно подчеркивает, что главнейшей составляющей государственной молодежной политики является патриотизм) фильм «Притяжение» можно прочесть как попытку предложить современной российской молодежи новую модель патриотизма[71].

В «Притяжении» открыто ставится проблема ксенофобии и расизма, воплощенная здесь в образе чужеродного, хотя и гуманоидного инопланетного существа. Бороться с этими проявлениями предлагается посредством юношеской, идеалистической любви. Пришелец Хэкон (Риналь Мухаметов), чей корабль потерпел крушение в Московской области, жертвует своим бессмертием (привилегия развитых цивилизаций, представителем одной из которых он являлся) ради спасения Юлии (Ирина Старшенбаум), студентки, в свою очередь спасшей его от компании малолетних хулиганов в Северном Чертанове. Любители собраться «за гаражами» и выпить на дворовой лавочке, а после учинить какую-нибудь мелкую пакость сразу невзлюбили Хэкона по двум причинам. Первая и самое главная: он был пришелец, то есть совершенно чуждый им Другой. Вторая состояла в том, что Юлия предпочла его своему прежнему ухажеру, популярному в местных кругах ярому ксенофобу Артему (Александр Петров).

Оба персонажа – и юная Юлия (уже не ребенок, но, конечно, в терминах прав и обязанностей еще не взрослая), и ее новый друг Хэкон (о котором Юля вскользь, как бы демаркируя «нас» и «их», отзывается, что «он из Питера просто» – а не из Москвы, где разворачивается действие фильма) – представлены как социальные аутсайдеры[72]. Хэкон чужой в силу того, что действительно прибыл с иной планеты и наделен удивительными свойствами вроде бессмертия; тем не менее благодаря гуманоидной внешности он легко смешивается с людьми и воспринимается как «близкий Другой»: скорее раздражающий иностранец, чем непостижимая и необъяснимая чужеродная сущность[73]. Юля находится в схожей ситуации, хотя ее инаковость обусловлена скорее субъективной этической позицией, нежели фактором происхождения. Юля полностью включена в жизнь чертановского сообщества, заводит роман с известным на всю округу уличным хулиганом, модно одевается и пользуется поддержкой своей состоятельной семьи, в частности отца – ответственного военного специалиста, полковника Валентина Лебедева (Олег Меньшиков)[74]. Однако все это оказалось малозначимым, как только девушка оказалась перед реальным этическим выбором. И она сделала свой выбор: нарушила целостность своего ближайшего окружения, впустив в него чужака-пришельца – во имя любви, питаемой ее личной тягой к этому чужому. Личная дилемма заставляет ее задуматься об этике и нравственных ценностях, а в результате вступить на путь, с которого нет возврата, – путь прославления любви и жизни, путь осуждения любой политики, пестующей идентичность, такой как национализм, ксенофобия, расизм или видовой шовинизм. Эти убеждения она передала и Хэкону.