Советское государство и кочевники. История, политика, население. 1917—1991

Тем не менее следует согласиться с выводом А.П. Козлова, что меры, принятые властями в отношении кочевой цивилизации в 1920-х гг., не принесли больших результатов⁵¹¹. Она продолжала свое существование. Это настроило государство на усиление, форсирование борьбы с традиционным укладом жизни кочевников. После всех попыток советизации кочевий глобальной целью властей оставался перевод кочевников на оседлость, то есть разрушение кочевой цивилизации, так как ее традиции и родовой строй не позволяли осуществить советизацию «кочевых» регионов.

Глава 2Решение судьбы кочевой цивилизации в 1930-х гг

Курс на форсированную модернизацию

На рубеже 1920-х и 1930-х гг. программа модернизации в СССР приняла форсированный характер. Как уже говорилось, модернизацию можно охарактеризовать как процесс, посредством которого традиционные, аграрные общества трансформируются в современные, индустриальные. Модернизационный переход редко протекает спокойно и равномерно; он оказывает воздействие на все социальные институты, всех членов общества⁵¹².

Причин ускорения этого процесса в СССР было несколько, и мы рассмотрим их в приложении к «кочевым» регионам. Во-первых, поводом для форсирования модернизации была убежденность советских властей в наличии непосредственной и близкой внешней опасности для страны. Считалось, что вскоре произойдет нападение широкого «империалистического блока» на западные, южные и восточные границы СССР. В первую очередь имелась в виду агрессия со стороны Великобритании через территорию Персии и Китая в Средней Азии и на Дальнем Востоке⁵¹³, то есть непосредственно на «кочевые» регионы СССР – Казахстан, Киргизию, Туркмению и Бурятию. Однако состояние советских вооруженных сил и военно-промышленного комплекса было столь удручающим, что это потенциально делало страну легкой жертвой военного нападения. В связи с этим ускоренная модернизация экономики и вооруженных сил становилась вопросом жизни и смерти для Советского Союза и его граждан⁵¹⁴.

Ситуация на восточных границах СССР ухудшалась. В 1929 г. произошел советско-китайский вооруженный конфликт на КВЖД, охвативший значительные области Маньчжурии. Сохранялась опасность китайской интервенции на территорию главного в те годы союзника СССР – МНР. Это понимали даже «простые» жители приграничных регионов, среди которых ходили соответствующие слухи⁵¹⁵.

В китайском Синьцзяне начались восстания мусульманского населения, направленные против власти Пекина. В целом отношения СССР с властями этого региона оставались нормальными даже в период советско-китайского конфликта на КВЖД (очевидно, сказалась фактическая раздробленность Китая в этот период). Однако советская разведка считала, что в Синьцзяне имели опасный для СССР интерес Великобритания и Япония. В Афганистане в конце 1928 г. произошел государственный переворот, в результате которого был свергнут дружественный СССР король Аманулла-хан и к власти пришел Мухаммед Надир-шах, ориентировавшийся на Великобританию. Сильное британское экономическое и политическое влияние продолжало иметь место в Персии⁵¹⁶.

С начала 1930-х гг., пожалуй, главную роль в восточной политике СССР стал играть японский фактор. В 1931 г. Япония захватила Маньчжурию и часть Внутренней Монголии. В июне 1933 г. советская разведка докладывала о возможности нападения Японии на СССР и МНР. Контролируемые Японией внутреннемонгольские войска имели численность до 18 тыс. человек, которая в военное время могла быть увеличена почти в два раза. Кроме того, Япония могла мобилизовать себе на помощь до 3 тыс. хунхузов, находившихся в приграничных с Советским Союзом районах⁵¹⁷.

Во внутреннемонгольских селениях Барун-Сунит, Цзун-Сунит и Байминливо японские власти создали школы для подготовки офицеров из числа этнических монголов. Японцы засылали на территорию СССР и МНР своих разведчиков. Так, только с 18 по 20 мая 1938 г. в местности Нумурин-Тохой было задержано 13 человек, среди которых было 9 монголов, 3 китайца и 1 русский⁵¹⁸.

Во-вторых, форсированная модернизация СССР имела экономические причины (в том числе связанные с подготовкой к войне). Для «кочевых» регионов страны это в первую очередь означало необходимость кардинальной реконструкции сельского хозяйства с целью увеличения производства хлопка и зерна в ущерб мясо-молочной продукции.