«Столица» против «Вандеи». Компрадорская «элита» и самозваные «левые» против Белоруссии (без илл.)

Из последних по времени акций, в которых приняли участие белорусские «левые» организации (здесь и далее, говоря о них, я ставлю слово «левые» в кавычки, поскольку левыми они являются лишь формально), особенно показательно празднование годовщины Октябрьской революции — торжества, отмечаемого в Белоруссии, как известно, на официальном уровне: на площадь Независимости к памятнику Ленину вышли (или их заставили выйти) престарелые красконы («красные консерваторы»), «крепостные» студенты-БРСМовцы (Белорусский республиканский союз молодежи; этакий возрожденный в начале нулевых комсомол, «модернизированный» с учетом идеологической специфики белорусского патернализма), «Справедливый мир», сталинисты, нацболы, молодежные активисты КПБ. Зачем, поинтересуетесь, вышли? Не ответят. Сами не знают.

А между тем несложно понять: демонстративная дань революционному прошлому, дань Великой революции 1917 года и, соответственно, публика, в центре города на глазах у всех эту дань отдающая, если и нужны для чего-то уверенно правеющему белорусскому буржуазно-бюрократическому режиму, то единственно для отпугивания от социализма его потенциальных сторонников, особенно из числа не заставшей советских времен молодежи. И, надо сказать, с указанной задачей данная публика справляется превосходно.

«Что вы здесь делаете?» — спрашивает репортер правого издания «Наша нива» у участника торжества.

«Чтоб я знал… Спросите кого-нибудь еще», — отвечает он.

«А зачем вы сюда пришли?»

«Нам сказали».

«Кто сказал?»

«Наш командир».

«А вы зачем пришли?» — вопрос к другому участнику.

«Я пришел сюда потому, что меня позвали».

«Кто?»

«Мои друзья и мой университет. Октябрьская революция для меня — это хороший праздник, повод, чтобы собраться, провести хорошо время, увидеть приятных людей, посидеть на воздухе».

«В мире назрела необходимость новой революции!» — восклицает третий участник, белорусский поэт Юлий Ильющенко (не без моего влияния давно заболевший революционно-освободительной лихорадкой), не понимая, что репортер этот получил задание снять на камеру «коммунистических» фриков на потеху хипстерам и «офисному планктону»[65].

«Ясно только то, что, пока в Беларуси 7 ноября будет оставаться государственным праздником, этот спектакль будет повторяться из года в год»[66], — так критически отзывается о праздновании годовщины Октябрьской революции сам принявший в оном действе — в «спектакле»! — участие Павел Каторжевский, активист КПБ, представитель, как он сам признается, «левого уклона» в этой партии. Умный мальчуган!

Белорусские анархисты — другая крайность. Если «красные консерваторы» из КПБ обоготворяют своих каменных идолов из «светлого» псевдосоциалистического (контрреволюционно-термидорианского) прошлого, то эти, как и положено современным анархистам, под ними, под идолами, простите, испражняются, причем начиная с 90-х. «Так или иначе, в начале 90-х главной формой анархистского сопротивления государству, — пишет один из наиболее видных деятелей (в прошлом) белорусского анархистского движения Павел Коновальчик (в настоящее время — член Белорусской партии “Зеленые”), — было насрать у памятника Ленину перед местной администрацией в Гродно или Могилеве, поджарить яичницу на Вечном огне в Минске да побухать под черным знаменем на фортах Брестской крепости-герой»[67]. Оказывается, когда человек справляет нужду или напивается, он, согласно нашим «радикалам», сопротивляется государству!

Если «красные консерваторы» из КПБ политически пассивны, пронизаны казенным духом бюрократизма, если члены «Справедливого мира» прагматичны, насквозь продажны и готовы «лечь» под любую более перспективную — с точки зрения объективных реалий текущего политического момента — оппозиционную силу, то анархисты расслаблены, неорганизованны, расколоты на группки по интересам и, начиная с самых первых дней возникновения Федерации анархистов Белоруссии (ФАБ), так и не могут выработать общих теоретических принципов и программы действий. Одни, ориентировавшиеся на ситуационизм, контркультуру, увлекавшиеся постмодернистским «стебом», хеппенингами и провокациями, к началу нулевых растворились в обывательском существовании и безвестности или, как представители анархистской группы «Красный жонд», издававшей в 90-х знаменитую в узких маргинальных кругах политико-сатирическую газету «Новинки», перешли в партию «Зеленые» (БПЗ), то есть заняли свое скромное место в структуре мейнстримного белорусского политического мира, в его охвостье. Другие, молодые и горячие («Революционное действие» (бывшее Автономное действие — Белоруссия) и пр.), помешаны на акциях т.н. прямого действия (надписи на стенах, поджоги рекламных билбордов, закрытие вино-водочного магазина, нападение на российское казино в Минске «Шангри Ла», атака «коктейлями Молотова» российского посольства).[68]