«Столица» против «Вандеи». Компрадорская «элита» и самозваные «левые» против Белоруссии (без илл.)

Так, например, в проектах «Нашего дома» принимает участие художница Марина Напрушкина. Как и у всякого постсоветского карьериста от «изящных искусств», чье созревание прошло в спектакулярно-потребительской атмосфере нулевых, крайне аполитичной и в то же время тотально политизированной, биография и особенности творчества Напрушкиной весьма предсказуемы. Сбежав из страны, где бесчинствует «кровавый режим», и благополучно устроившись в Германии, благодаря не в последнюю очередь этому самому режиму художница делает себе на европейской арт-сцене какое-никакое имя. Ее инсталляции с обыгрыванием в духе худших образцов соц-арта белорусской государственной символики и официальной пропагандистской атрибутики откровенно вторичны, с идейно-эстетической точки зрения представляют не больший интерес, чем, допустим, фильмы «Жыве Беларусь!» (оппозиционная пропаганда) или «Железом по стеклу» (официальная пропаганда), тем не менее художница завоевывает репутацию «политической» и даже непонятно за какие заслуги «левой». Впоследствии достигнутого художнице покажется мало, и она примется тиражировать комиксы на сюжеты из актуальной белорусской политики, в чем ей окажут финансовую помощь Фонд имени Конрада Аденауэра и фонд Die Zeit Stiftung Ebelin[156]. В 2012 году активистки «Гендерного маршрута» — Ирина Соломатина, Татьяна Щурко и Ольга Бурко, — заручившись поддержкой Напрушкиной, основывают образовательный проект, названный ими «Институтом Будущего», и в настоящее время они то и дело проводят в Минске встречи, или, как это принято говорить в соответствующей среде, воркшопы с российскими («Наркофобия», Глюкля и Цапля), украинскими (Тамара Злобина), киргизскими (платформа ШТАБ) художниками и интеллектуалами[157], которые выступают под знаменем «антибуржуазности», но никакой опасности ни для какой буржуазии, даже самой мелкой, не представляют. Нетрудно догадаться, что работают «мастера культуры» не даром — кто же в наше-то время бесплатно, от полноты жизни, работает?! — стало быть, спонсоры в лице иностранных «фондиков» околачиваются где-то рядом. Параллельно Напрушкина рисует комиксы для выпускаемой «Нашим домом» газеты «Белорусское самоуправление»[158] и рекламирует на персональном сайте своего работодателя Ольгу Карач[159]. Вот как художница отзывается о собственном творчестве: «Ведь его (Лукашенко. — Т.Х.) диктатура рано или поздно прекратит существование. Самый сложный вопрос: что будет потом? Я призываю белорусов подумать над этим»[160].

Откликнемся на призыв и подумаем. До тех пор, пока государственный аппарат как инструмент классового господства несокрушим, несокрушимы суды, тюрьмы, спецслужбы, внутренние войска и армия, то есть все те составные части государственного аппарата, все те репрессивные рычаги принуждения и подавления, которые находятся на службе господствующих социальных классов и которые направлены на удержание в повиновении подчиненных, эксплуатируемых социальных классов. Поэтому нет глупее и одновременно печальнее зрелища, чем толпа, скандирующая во время силового разгона митинга: «Милиция с народом!» Милиция как часть государственной машины — не с народом, никогда не была с народом и никогда не будет, и кто бы ни утвердился у власти — от милицейского насилия обществу, к сожалению, не избавиться.

Это элементарно. Но ни в комиксах Напрушкиной, ни в статьях Соломатиной даже намека на нечто подобное нет: там исключительно о сегодняшнем, «лукашенковском», государстве и сегодняшней, «лукашенковской», милиции — нецивилизованной и неевропейской. У Напрушкиной — шаржированные головы А. Лукашенко и Л. Ярмошиной (председателя белорусского ЦИК), манифестанты с развевающимися бело-красно-белыми флагами, омоновцы с занесенными над головами манифестантов дубинками и т.д.; в статьях Соломатиной — сваленная как попало статистика, выданная на гора цифирь, какие-то цитаты высказываний каких-то чиновников, оглядки на законодательство, на Декларацию о правах человека и на другие бумажки, способные разве что развеселить, если не привести в раздражение, всякого, кто хотя бы поверхностно знаком с левой теорией. Напрушкина и Соломатина не выступают против капиталистической, уродующей человека Системы и порожденных этой системой национальных и наднациональных институтов власти, они недовольны конкретной властью и конкретной системой — лукашенковской.

И потом, как после свержения Лукашенко (именно «свержения», потому что по доброй воле он власть никому не отдаст) праволиберальная оппозиция совместно с О. Карач намерена бороться с милицейским произволом, разоблаченным в комиксах Напрушкиной и статьях Соломатиной? Предположим, путем сокращения численности сотрудников и усиления контроля за руководством в органах. В том же духе рассуждает, впрочем, и сама Соломатина: «В стране, на официальном уровне именующей себя демократической, должны работать эффективные механизмы, обеспечивающие внутреннюю дисциплину и внешний контроль за деятельностью силовиков, а также эффективный надзор за должностными лицами»[161].