Страны Белого Слона. Правда и вымыслы

Ответить на этот вопрос правильнее всего так: убийство живого существа, тем более человека, согласно буддийскому учению в любой его версии, является очень тяжёлым грехом. Буддизм категорически запрещает убивать живые существа. В то же время нельзя не отметить тот факт, что, куда бы буддизм ни приходил, он никогда не вытеснял полностью местных верований. Буддизм либо приспосабливал их «под себя», либо сам приспосабливался под них. Так, в Бирме/Мьянме сохранился культ местных духов-покровителей – натов, которых активно почитает местное буддийское население. В Таиланде и Лаосе местное буддийское население и по сей день строит в деревнях т. н. «домики для духов».

Всё вышесказанное означает, что добуддийские верования продолжают своё существование во вполне буддийских странах и в ряде случаев могут проявлять себя в форме проведения тех или иных ритуалов, в том числе и в виде человеческих жертвоприношений. Это, кстати, свидетельствует о том, что, по-видимому, буддизм укрепился в этих странах относительно недавно, а вовсе не тысячи лет назад, как нас пытаются в этом уверить специалисты.

Человеческие жертвоприношения существовали в Бирме и в соседних странах до прихода туда буддизма. Согласно бирманским историческим хроникам и преданиям, на священной горе Попа в добуддийские времена массово приносили в жертву животных. Иногда случались и человеческие жертвоприношения духам-натам.

Последний бирманский король Тибо Мин (1878–1885) приказал принести в жертву 52 человека, закопав их в землю при строительстве королевского дворца для того, чтобы задобрить духов-покровителей страны. Затем было решено совершить ещё более крупное жертвоприношение во избежание грядущих бедствий – по 100 мужчин, 100 женщин, такого же числа мальчиков, девочек, солдат и иностранцев. После протестов со стороны властей Британской Индии жертвоприношение решили отменить, но 100 человек всё же тайно умертвили. Это деяние послужило предлогом для вторжения англо-индийских войск, аннексировавших страну после двухнедельной кампании в 1885 г.

Подобного рода жертвоприношение, известное как «жертва основания», практиковалось в Бирме, Сиаме, Камбодже и Лаосе в течение длительного времени. Жертву опускали в яму, специально выкопанную под сваю, после чего сверху вертикально опускали тиковое бревно, которое раздавливало жертву насмерть. Считалось, что жертва становилась после смерти духом-натом, обеспечивающим неприступность сооружения.

У шанов человеческие жертвоприношения были запрещены бирманским королём-завоевателем Байиннауном в середине XVI в., однако шаны княжества Ченгтунг практиковали человеческие жертвоприношения духу-покровителю одноимённого города вплоть до конца XIX в.

У горных племён окраинных районов страны – например, у народностей ва и рианг, живущих на северо-востоке Бирмы/Мьянмы, – до недавнего времени практиковались не только человеческие жертвы, но и ритуальное людоедство.

Здесь приведены лишь некоторые примеры случаев человеческих жертвоприношений в странах Юго-Восточной Азии. Список можно было бы и продолжить, но, ещё раз повторяю, к буддийской доктрине эти случаи отношения не имеют. Это проявления языческих добуддийских верований.

107 «В Бирме/Мьянме жестоко притесняют мусульман»

Этому мифу мир обязан «Аль-Джазире» и другим СМИ мусульманских стран, которые пытаются представить этнический конфликт между бирманцами и бенгальцами-рохинджа на северо-западе штата Аракан как религиозный.

Согласно закону о гражданстве, принятому в Бирме в 1982 г., гражданами страны являются лишь те жители, чьи предки проживали на территории страны до 1823 г. – последнего года перед Первой англо-бирманской войной, по итогам которой в 1826 г. некоторые бирманские территории стали британской колонией, а сама Бирма начала постепенно утрачивать независимость. Соответственно, те люди, чьи предки появились в Бирме при британском правлении – а это в основном выходцы из Индии и нынешнего Пакистана, – не являются гражданами страны.

Самыми первыми бирманскими мусульманами следует считать каманов и мьей ду, общая численность которых составляет всего несколько тысяч человек. Каманы являются потомками индийских, главным образом бенгальских, наёмников при дворе араканских королей, а мьей ду – потомками захваченных в Бенгалии военнопленных, впоследствии принадлежавших буддийским монастырям, но со временем превратившихся в отдельный этнос. Каманы и мьей ду считаются полноправными гражданами Бирмы/Мьянмы и с остальными бирманцами не конфликтуют. За многие века каманы и мьей ду совершенно обирманились в культурном смысле, и лишь вероисповедание отличает их от собственно этнических бирманцев.