Свести с ума дракона (СИ)

— Нет! Ты мне не веришь? — Розалин вскочила с кровати раньше, чем он успел остановить ее, и отбежала к окну.

— Искорка, прости, — отец поднялся следом за ней и подошел, нежно обнимая. — Я должен был спросить.

— Зачем? Какая разница, если я все равно не пойду замуж за лорда Ругера.

— Если бы он это сделал, я бы убил его.

— Его и так уже убили. Лорд Ругер. Там было столько крови. Еще и солнце село, — Розалин не удержалась и разревелась, содрогаясь в объятиях отца.

Он подхватил ее на руки и отнес на кровать, где усадил рядом с собой, баюкая и гладя по волосам.

— Жив твой дракон, — тихо прошептал он, целуя ее в макушку.

— Что? — Розалин оттолкнулась и в шоке уставилась на отца.

На его губах появилась вымученная кривая улыбка.

— Дракон выжил. Сегодня за несколько часов до вашего прибытия сокол прилетел с известием, что его видели вчера днем над хребтом. Сделал круг и снова пропал.

— Он жив, — в шоке прошептала Розалин.

Кровь гулко застучала в висках. Дыхание перехватило. Перед глазами заскакали искры, и мир посерел.

Отец вскрикнул, зовя лекаря. Дверь в комнату резко распахнулась, и кто-то вбежал внутрь. Под нос Розалин сунули вонючие соли.

Смрад был такой, что ее едва не стошнило. Она вскрикнула, оттолкнула чужую руку и шумно хватала воздух ртом. Зато больше не теряла сознание.

Отец выгнал лекаря за дверь. Они снова остались вдвоем.

— Ты действительно влюбилась в дракона? Или это очередной девичий каприз, чтобы не выходить замуж? — тихо спросил он, усаживаясь на край ее кровати.

— Я хочу за него замуж, — густо покраснела Розалин и сжала золотой браслет в ладони, непроизвольно поглаживая кончиками пальцев слегка выпирающие агаты.

— За дракона? — вскинул брови отец и нервно хохотнул. — Не думаю, что они семейные создания. Поразвлечься с пленницами, почему бы и нет, но брак?

— Филип любит меня, — тихо прошептала Розалин, отказываясь верить в иное. Она отвернулась к окну, избегая снисходительного отцовского взгляда. — Я знаю это. Видела в его глазах.

— Ты еще слишком юна и наивна. Этот дракон живет в этих горах уже не первое десятилетие. На его счету не одна пленница. Правда, до сих пор они были все из соседних королевств.

— Откуда ты об этом знаешь? — Розалин мрачно посмотрела на отца.

— Земля слухами полнится, — хмыкнул он и снисходительно улыбнулся.

— И что, прямо все возвращались с поруганной честью?

Верить в то, что Филип был способен на подобное, не хотелось. Он был достойным, учтивым и воспитанным. Он был гораздо лучше, чем многие аристократы королевства.

— Этого мне неизвестно, — нахмурился отец. — Однако домой они возвращались только тогда, когда дракон получал выкуп золотом, равный тройному весу похищенной.

— И поэтому ты отправил за мной рыцарей на смерть? — Розалин недовольно насупилась.

— Я отправил рыцарей, чтобы покончить с этим наглым ящером раз и навсегда. То, что двое пустоголовых баранов решили погеройствовать и распрощаться с жизнью, это их собственная вина. Пусть с ними теперь предки по ту сторону горизонта разбираются.

— Папа, ты знаешь, что дракон, он… — Розалин замялась, пытаясь подобрать слова.

— Человек? — хмыкнул отец и кивнул, когда она ошарашенно посмотрела на него. — Знаю. Многие из старшего поколения высшей аристократии во всех королевствах наслышаны об этом. Правда, никто старается не распространяться. Доказательств ведь найти практически невозможно, а жизнь дорога. Злить драконов опасно. Особенно если они скрываются среди нас — простых смертных.

— Откуда ты знаешь?

— По слухам, победа в Столетней войне была одержана только благодаря драконам. Так говорили те, кто участвовал в переломных битвах. Остальные им не верили, ведь истину знали только немногие выжившие участники. Те битвы были самыми кровопролитными за всю известную историю. Сейчас тоже про это не любят говорить. Потомки героев тех сражений живут в южных королевствах. Я видел некоторых из них и не сказал бы, что они драконы, — отец пожал плечами и усмехнулся, — Но раз моя дочь влюбилась в дракона и даже готова выйти за него замуж, то могу поспорить, что не за ящерицу.

Розалин невольно посмеялась и покачала головой.

— У Филипа есть и человеческая ипостась. Но люблю я его любым.

Отец хмыкнул и тяжело оперся ладонями на колени. Его лицо помрачнело, глубокая морщина пролегла через весь лоб.

— Я отменю свадьбу. Придется разбираться с графом Винбергским, потом еще и с королем, — он криво поморщился, недовольно скривив нос. — Через полторы недели будет бал в честь середины лета. Нужно будет загладить вину перед лордом Ругером. Он был сильно ранен, ты знаешь?

Розалин безразлично пожала плечами. Ей было совершенно плевать на того, кто практически забрал жизнь ее возлюбленного.

Отец хмыкнул, покачал головой, но комментировать не стал.

— Думаю, откуп золотом задобрит графа. Хотя скандала все равно не избежать.

— Ты позволишь мне уехать? Вернуться к Филипу? — не веря собственному счастью, Розалин затаила дыхание.