Читаем Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах полностью

Комментарий автора

Случай заслуживает внимания, потому что подтверждает тезис о том, что в кардиохирургии мелочей нет. На третьем узле порвалась лигатура. Для некоторых видов шовного материала завязывания трех узлов бывает достаточно. Но есть правило, что количество узлов должно соответствовать номеру нити плюс два узла. То есть при использовании нитей 3/0 положено вязать 5 узлов. Вероятность того, что нить развяжется, если узлов мало, достаточно высока. В данном случае фактически было завязано всего два узла, потому что третий, на котором произошел разрыв, изначально несостоятелен. То обстоятельство, что швы накладывались со стороны желудочка, усугубило ситуацию. При такой технике фиксации прокладки располагаются со стороны полости желудочка и плохо видны из аорты. Но в любом случае надо было попытаться увидеть прокладку через просвет протеза и, захватив ее кончиком зажима или диссектора, удалить. При биологическом протезе это иногда возможно, при механическом – нет, если только он не полнопроточный или не со съемным запирательным механизмом (оба варианта возможны только для клапанов «МедИнж»).

Но тут срабатывает психологический фактор. В силу простой логики наложить один шов должно быть проще и быстрее, чем 12–14, необходимых для перефиксации всего протеза. Но реально все выглядит по-другому. Когда клапан уже имплантирован или фиксирован на большом протяжении окружности, наложение единственного шва может представлять большие технические трудности, особенно при узком фиброзном кольце, как в данном случае. Это иногда занимает минут 10–15, а то и больше. В принципе, за это время можно отсечь протез и перешить его заново. Можно было и не прошивать оплетку тем же способом, используя прокладку, а дополнительным полипропиленовым швом без нее укрепить это место со стороны аорты. Тем более что зона в области комиссуры между правой и левой коронарными створками достаточно неплохо доступна для такой манипуляции. Авторы сами говорят, что при контрольном чреспищеводном ЭхоКГ-исследовании признаков парапротезной фистулы не было. Но оставлять нефиксированную тефлоновую прокладку в полости левого желудочка неправильно.

Вывод прост. При разрыве лигатуры прокладку удалять надо обязательно. Если это не удается сделать в течение 2–3–5 минут, нужно извлекать протез, ревизовать все и, удалив прокладку, реимплантировать протез. А чтобы не искушать судьбу, хирург должен быть морально готов и настроен на такую тактику. Быстро принятое решение позволяет относительно незначительно удлинить время пережатия аорты. В данном случае скорость принятия решения будет иметь большее значение, чем все остальные факторы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Профессия: врач. Невыдуманные истории российских медиков

Милосердие смерти
Милосердие смерти

Если спросить врача-реаниматолога о том, почему он помнит только печальные истории, он задумается и ответит, что спасенных им жизней, конечно же, большинство… Но навечно в сердце остаются лишь те, кого ему пришлось проводить в последний путь.Спасать жизни в России – сложная и неблагодарная работа. Бесцеремонность коллег, непрофессионализм, отсутствие лекарств и оборудования, сложные погодные условия – это лишь малая часть того, с чем приходится сталкиваться рядовому медику в своей работе. Но и в самый черный час всегда остается надежда. Она живет и в сердце матери, ждущей, когда очнется от комы ее любимый сын, есть она и в сердце врача, который несколько часов отнимал его у смерти, но до сих пор не уверен, смог ли…Истории в этой книге не выдуманы, а собраны по крупицам врачом-реаниматологом, который сделал блестящую карьеру в России и бросил все, когда у него попытались отнять самое ценное – человечность. Это честный рассказ о том, чего нельзя узнать, не поносив медицинского халата; о том, почему многие врачи верят в Бога, и о том, как спасение одной чужой жизни может изменить твою собственную.

Сергей Владимирович Ефременко

Биографии и Мемуары
Вирусолог: цена ошибки
Вирусолог: цена ошибки

Любая рутинная работа может обернуться аварией, если ты вирусолог. Обезьяна, изловчившаяся укусить сквозь прутья клетки, капля, сорвавшаяся с кончика пипетки, нечаянно опрокинутая емкость с исследуемым веществом, слишком длинная игла шприца, пронзившая мышцу подопытного животного насквозь и вошедшая в руку. Что угодно может пойти не так, поэтому все, на что может надеяться вирусолог, – это собственные опыт и навыки, но даже они не всегда спасают. И на срезе иглы шприца тысячи летальных доз…Алексей – опытный исследователь-инфекционист, изучающий наводящий ужас вируса Эбола, и в инфекционном виварии его поцарапал зараженный кролик. Паника, страх за свою жизнь и за судьбу близких, боль и фрустрация – в такой ситуации испытал бы абсолютно любой человек. Однако в лаборатории на этот счет есть свои инструкции…

Александр Чепурнов

Биографии и Мемуары
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах

Врачебные ошибки – большая и острая социальная проблема, которая может коснуться каждого. Цена ответственности очень высока. Сами врачи об ошибках писать не любят, потому что вспоминать о них достаточно тяжело, если писать все честно. Но иногда это делать необходимо.Книга «Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах» –  своеобразное обобщение коллективного опыта. В ней автор делится профессиональными и жизненными историями, интересными и трагичными случаями из своей медицинской практики и личными историями пациентов.Издание предназначено начинающим и опытным врачам различных специальностей, преподавателям и студентам медицинских вузов, а также всем людям, которые интересуются проблемой врачебных ошибок в медицине.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Назим Низамович Шихвердиев

Медицина
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже