Читаем Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах полностью

Рассказ семнадцатый

И снова о гемостазе…

Параплегия после боковой торакотомии. Есть случаи, которые остаются в памяти на всю жизнь. Прошло больше двадцати лет, но одна операция преследует меня ночным кошмаром и остается темным пятном на профессиональной биографии. Я оперировал коарктацию аорты у семилетнего мальчика. Выполнил боковую торакотомию в IV межреберье слева, резецировал суженный участок и наложил анастомоз «конец в конец». Операция прошла гладко, пережатие аорты составило около 20 минут. Ушивание раны я доверил двум ассистентам. Это были молодые, но уже имеющие опыт хирурги, закончившие двухгодичную ординатуру в Бакулевском институте и несколько лет проработавшие в кардиохирургическом отделении. Я «размылся», и, когда через 30 минут вернулся в операционную, они ушивали кожу. Ассистенты сообщили, что нижний край раны кровоточил и они использовали гемостатическую губку. Вся операция продолжалась около двух часов. Мальчика перевели в реанимационное отделение и к вечеру экстубировали. На следующий день удалили дренаж из плевральной полости и мочевой катетер. В течение дня обратили внимание, что ребенок не может самостоятельно помочиться, и повторно поставили мочевой катетер. К вечеру обнаружили, что у него полный сенсорный и моторный паралич с уровня Th5. Компьютерная томография показала острую эпидуральную «гематому» и сдавление спинного мозга в области Th4–Th5. Через два дня после первой операции была выполнена ламинэктомия, во время которой печальной находкой стала гемостатическая губка, сдавливающая спинной мозг. Она попала в спинномозговой канал через межпозвонковое отверстие при избыточно энергичном гемостазе во время ушивания торакотомной раны. После декомпрессии твердая мозговая оболочка пульсировала. Далее последовало гладкое послеоперационное течение, однако неврологический статус не улучшился. Активно проводились неврологическое лечение и физиотерапия. Через шесть месяцев, к сожалению, отмечен лишь незначительный регресс неврологического дефицита.


Схема: эпидуральная гематома и зона имплантации гемостатической губки


Перейти на страницу:

Все книги серии Профессия: врач. Невыдуманные истории российских медиков

Милосердие смерти
Милосердие смерти

Если спросить врача-реаниматолога о том, почему он помнит только печальные истории, он задумается и ответит, что спасенных им жизней, конечно же, большинство… Но навечно в сердце остаются лишь те, кого ему пришлось проводить в последний путь.Спасать жизни в России – сложная и неблагодарная работа. Бесцеремонность коллег, непрофессионализм, отсутствие лекарств и оборудования, сложные погодные условия – это лишь малая часть того, с чем приходится сталкиваться рядовому медику в своей работе. Но и в самый черный час всегда остается надежда. Она живет и в сердце матери, ждущей, когда очнется от комы ее любимый сын, есть она и в сердце врача, который несколько часов отнимал его у смерти, но до сих пор не уверен, смог ли…Истории в этой книге не выдуманы, а собраны по крупицам врачом-реаниматологом, который сделал блестящую карьеру в России и бросил все, когда у него попытались отнять самое ценное – человечность. Это честный рассказ о том, чего нельзя узнать, не поносив медицинского халата; о том, почему многие врачи верят в Бога, и о том, как спасение одной чужой жизни может изменить твою собственную.

Сергей Владимирович Ефременко

Биографии и Мемуары
Вирусолог: цена ошибки
Вирусолог: цена ошибки

Любая рутинная работа может обернуться аварией, если ты вирусолог. Обезьяна, изловчившаяся укусить сквозь прутья клетки, капля, сорвавшаяся с кончика пипетки, нечаянно опрокинутая емкость с исследуемым веществом, слишком длинная игла шприца, пронзившая мышцу подопытного животного насквозь и вошедшая в руку. Что угодно может пойти не так, поэтому все, на что может надеяться вирусолог, – это собственные опыт и навыки, но даже они не всегда спасают. И на срезе иглы шприца тысячи летальных доз…Алексей – опытный исследователь-инфекционист, изучающий наводящий ужас вируса Эбола, и в инфекционном виварии его поцарапал зараженный кролик. Паника, страх за свою жизнь и за судьбу близких, боль и фрустрация – в такой ситуации испытал бы абсолютно любой человек. Однако в лаборатории на этот счет есть свои инструкции…

Александр Чепурнов

Биографии и Мемуары
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах
Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах

Врачебные ошибки – большая и острая социальная проблема, которая может коснуться каждого. Цена ответственности очень высока. Сами врачи об ошибках писать не любят, потому что вспоминать о них достаточно тяжело, если писать все честно. Но иногда это делать необходимо.Книга «Тени на белом халате. Кардиохирург о врачах, ошибках и человеческих судьбах» –  своеобразное обобщение коллективного опыта. В ней автор делится профессиональными и жизненными историями, интересными и трагичными случаями из своей медицинской практики и личными историями пациентов.Издание предназначено начинающим и опытным врачам различных специальностей, преподавателям и студентам медицинских вузов, а также всем людям, которые интересуются проблемой врачебных ошибок в медицине.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Назим Низамович Шихвердиев

Медицина
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже