Параплегия после боковой торакотомии. Есть случаи, которые остаются в памяти на всю жизнь. Прошло больше двадцати лет, но одна операция преследует меня ночным кошмаром и остается темным пятном на профессиональной биографии. Я оперировал коарктацию аорты у семилетнего мальчика. Выполнил боковую торакотомию в IV межреберье слева, резецировал суженный участок и наложил анастомоз «конец в конец». Операция прошла гладко, пережатие аорты составило около 20 минут. Ушивание раны я доверил двум ассистентам. Это были молодые, но уже имеющие опыт хирурги, закончившие двухгодичную ординатуру в Бакулевском институте и несколько лет проработавшие в кардиохирургическом отделении. Я «размылся», и, когда через 30 минут вернулся в операционную, они ушивали кожу. Ассистенты сообщили, что нижний край раны кровоточил и они использовали гемостатическую губку. Вся операция продолжалась около двух часов. Мальчика перевели в реанимационное отделение и к вечеру экстубировали. На следующий день удалили дренаж из плевральной полости и мочевой катетер. В течение дня обратили внимание, что ребенок не может самостоятельно помочиться, и повторно поставили мочевой катетер. К вечеру обнаружили, что у него полный сенсорный и моторный паралич с уровня Th5. Компьютерная томография показала острую эпидуральную «гематому» и сдавление спинного мозга в области Th4–Th5. Через два дня после первой операции была выполнена ламинэктомия, во время которой печальной находкой стала гемостатическая губка, сдавливающая спинной мозг. Она попала в спинномозговой канал через межпозвонковое отверстие при избыточно энергичном гемостазе во время ушивания торакотомной раны. После декомпрессии твердая мозговая оболочка пульсировала. Далее последовало гладкое послеоперационное течение, однако неврологический статус не улучшился. Активно проводились неврологическое лечение и физиотерапия. Через шесть месяцев, к сожалению, отмечен лишь незначительный регресс неврологического дефицита.
Схема: эпидуральная гематома и зона имплантации гемостатической губки