The Great Crash of 1929

Спонсорство траста не обходилось без выгоды. Спонсорская фирма обычно заключала со своим потомком договор управления. Согласно обычным условиям, спонсор управлял инвестиционным трастом, инвестировал его средства и получал комиссию, размер которой определялся процентом от капитала или прибыли. Если спонсором была фондовая фирма, он также получал комиссионные за покупку и продажу ценных бумаг своего траста. Многие спонсоры были инвестиционными банками, что фактически означало, что фирма производила ценные бумаги, которые затем могла вывести на рынок. Это был отличный способ обеспечить достаточный приток клиентов.

Энтузиазм, с которым публика стремилась покупать ценные бумаги инвестиционных трастов, приносил наибольшие плоды. Почти неизменно люди были готовы платить значительную премию к цене предложения. Компания-спонсор (или её учредители) получала доли акций или варранты, дающие им право на акции по цене предложения. Затем они могли немедленно продать их с прибылью. Так, одно из предприятий только что упомянутого г-на Чонси Д. Паркера – компания со звучным названием Seaboard Utilities Shares Corporation – выпустило 1 600 000 обыкновенных акций, заработав на них 10,32 доллара на акцию. Однако это была не та цена, которую заплатила публика. По этой цене акции были выпущены для Паркера и его коллег. Они, в свою очередь, продавали свои акции публике по цене от 11 до 18,25 доллара и делили прибыль с дилерами, занимавшимися маркетингом этих ценных бумаг. 7

Подобные операции не ограничивались низшими или сомнительными по своей репутации. Компания JP Morgan and Company, которая (совместно с Bonbright and Company) спонсировала United Corporation в январе 1929 года, предложила пакет из одной обыкновенной и одной привилегированной акций группе друзей, включая партнёров Моргана, по 75 долларов. Это была выгодная сделка. Когда неделю спустя начались торги акциями United Corporation, цена спроса на внебиржевом рынке составляла 92 доллара, цена предложения – 94 доллара, а через четыре дня акции достигли 99 долларов. Акции, купленные по 75 долларов, могли быть быстро перепроданы по этим ценам. 8 Неудивительно, что столь приятные стимулы существенно стимулировали организацию новых инвестиционных трастов.

IV

Были и те, кто сожалел лишь о том, что не все могут воспользоваться плодами этих новых двигателей финансового прогресса. Одним из тех, кто выиграл от упомянутого повышения в United Corporation, был Джон Дж. Раскоб. Будучи председателем Национального комитета Демократической партии, он также был политически привержен идее прочной дружбы с народом. Он считал, что каждый должен иметь доступ к тем же возможностям, которыми он сам пользовался.

Одним из плодов этого щедрого порыва в течение года стала статья в журнале Ladies' Home Journal с привлекательным заголовком «Каждый должен быть богат». В ней мистер Раскоб отмечал, что любой, кто откладывает пятнадцать долларов в месяц, вкладывает их в надёжные обыкновенные акции и не тратит дивиденды, через двадцать лет будет иметь состояние, как тогда казалось, около восьмидесяти тысяч долларов. Очевидно, при таких темпах развития очень многие могли бы разбогатеть.

Но была двадцатилетняя задержка. Двадцать лет казались долгим сроком для разбогатеть, особенно в 1929 году, и для демократа и друга народа придерживаться такой постепенности означало рисковать прослыть реакционером. Поэтому у г-на Раскоба появилось ещё одно предложение. Он предложил создать инвестиционный траст, специально предназначенный для того, чтобы бедняки могли приумножать свой капитал так же, как это делают богатые.

План, который г-н Раскоб представил публике в начале лета 1929 года, был довольно детально проработан. (Автор утверждал, что обсуждал его с «финансистами, экономистами, теоретиками, профессорами, банкирами, лидерами профсоюзов, промышленниками и многими менее известными людьми, у которых были идеи».) Предполагалось организовать компанию по покупке акций. Пролетарий, имея, скажем, 200 долларов, передавал свои гроши компании, которая затем покупала акции на гораздо более скромную сумму в 500 долларов. Дополнительные 300 долларов компания получала от дочерней финансовой компании, организованной специально для этой цели, и за эти 300 долларов предоставляла все акции в качестве залога. Начинающий капиталист выплачивал свой долг, возможно, по 25 долларов в месяц. Он, конечно же, получал всю выгоду от роста стоимости акций, и г-н Раскоб считал это неизбежным. Указывая на неадекватность существующих механизмов, г-н Раскоб заявил: «Сегодня все, что может сделать человек, имеющий от 200 до 500 долларов для инвестиций, — это купить облигации Liberty...» 9