Только безумцы могут изменить мир: искусство и безумие

«– Но я не хочу идти к сумасшедшим, – сказала Алиса. – Тут уж ничего не поделаешь, – сказал Кот. – Мы все здесь сумасшедшие. Я сумасшедший, да и ты сама тоже. – Почему вы думаете, что я сумасшедшая? – спросила Алиса. – Потому что иначе ты не пришла бы сюда[26]».

Вслед за этими словами Алисы мне хотелось бы вспомнить ее сон и фантастический полет фантазии Безумного Шляпника, чью роль в фильме Тима Бертона «Алиса в стране чудес» исполнил неподражаемый Джонни Депп. Этот фильм был и будет напоминать нам о том, что мечтать, воображать – это значит вырваться из уз реальности, попытаться стать чуточку счастливее, свободнее, проще говоря, «капельку безумнее».

Большинство болезней, которые поражают наш организм, включая двигательные нарушения, переломы или потерю конечностей, нарушения обмена веществ, болезни сердца, респираторные заболевания и многие другие, вызывают сочувствие и понимание со стороны знакомых и даже случайно встреченных людей, но это правило не распространяется на психические заболевания, пробуждают у окружающих беспокойство, а чаще – страх и желание оказаться подальше от тех, кто ими страдает. Так, например, если считается абсолютно нормальным испытывать сострадание и проявлять участие к больному раком, то столь же нормально воспринимается недоверие, гнев или раздражение по отношению к больному шизофренией или депрессией. Нередко такие выражения, как «психбольной», «психопат» или «шизофреник», используются в качестве оскорблений. Психическая нормальность статистически определяется как среднее арифметическое состояние большей части населения планеты, не исключая воров, извращенцев, эксплуататоров, диктаторов и, как мне кажется, популистов и нищих духом. Результат, чаще всего встречающийся у этих индивидов, и есть та самая «нормальность», которая имеет весьма размытые границы.

Однако не подлежит сомнению, что психическое заболевание – это клеймо, уродливая метка, которой нужно стыдиться. Психически больной человек неполноценен, он недочеловек, отличающийся от окружающих, от него хочется держаться на солидном расстоянии. Его стараются запрятать подальше от чужих глаз или изолировать от семьи. Подобные случаи нередки, могу сказать по собственному опыту, взять хотя бы весьма распространенную болезнь Альцгеймера: число людей, страдающих этим недугом, на самом деле гораздо больше, чем указано в официальной статистике, потому что бедолаг часто держат в заточении в их собственных домах и квартирах.

2. Меланхолики

Общественное положение психически неуравновешенного человека, как уже говорилось, – дело весьма непростое, поскольку на этот фактор оказывает влияние страх окружающих, в некоторых случаях перерастающий в отвращение. Строительство психиатрических лечебниц, как и тюрем, было попыткой общества избавиться от всяких «ненормальных субъектов», местом, куда их можно засунуть, чтобы глаза не мозолили.

Злоба, интеллектуальное высокомерие в сочетании с профессиональными амбициями, глубокое научное невежество и все то отвратительное, что может быть в человеке, в какой-то момент достигли своего апогея и побудили некоторых выдающихся врачей использовать вредные для мозга методы для того, чтобы успокаивать буйных пациентов психиатрических лечебниц, страдающих от навязчивых состояний.

Создателем и популяризатором этой варварской методики был португальский врач Гаэтану Мониш (1874–1955), который с помощью неоднозначных выводов, услышанных на одной из конференций, и знаний о большом значении префронтальной коры и лобных долей головного мозга для формирования личности человека, разработал особую методику. Принцип её заключался в отсечении части мозга, отвечающей за эмоции, в частности волокон, соединяющих лимбическую долю с префронтальной корой, которая обеспечивает высшую интеллектуальную деятельность и самодисциплину. Его методика была впервые опробована на двадцати пациентах и получила название лейкотомии. Позже она использовалась многими другими хирургами, особенно в США, сопровождаясь еще более внушительными поражениями мозга, и была названа лоботомией.