Только безумцы могут изменить мир: искусство и безумие

Я была сумасшедшей среди сумасшедших.Тех безумцев, что безумны по сути своей, а многие очень умны.Там нашла себе верных друзей.Сумасшедшие – славные люди, не то, что те психи, у которых и дома не сыщешь никого, их на свете полно.С психами я познакомилась позже, когда вышла отсюда.Альда Мерини

6. Гений среди безумцев: Моцарт

Я не разбираюсь в музыке, не умею читать партитуру и лишь изредка хожу на концерты или в оперу, но, когда я слушаю Моцарта, со мной происходит нечто чудесное. Я испытываю не только интеллектуальный подъем – каждая мышца в моем теле трепещет, все рецепторы активируются, окружающее кажется более красочным и интересным, а каждый звук, любой шум – даже голоса друзей и семьи – звучит для меня отвратительно, мне хочется убежать куда глаза глядят, только чтобы остаться наедине с Вольфгангом Амадеем Моцартом. Закат дарит нам ощущение покоя, тишины, безмятежности, то же самое делает с нами и музыка Иоганна Баха, но Вольфганг Амадей Моцарт – лучшее лекарство для того, кто хочет, пусть и ненадолго, стать счастливым, выйти за пределы собственного тела, пригвожденного к земле не только гравитацией, но и жизненными потребностями. Вольфганг Амадей Моцарт – это музыка, которую играют на небесах. Величественная музыка, по своей простоте сравнимая с пением птиц или шелестом морских волн, скользящих по песчаному пляжу и бьющихся о скалы.

Конечно, Вольфганг Амадей Моцарт (1756–1791) с рождения обладал большим талантом к музыке, гены музыкальности в его ДНК сумели, к счастью, воплотиться в жизнь. Однако все таланты, пусть даже они и появляются у человека вследствие генетической предрасположенности к какому-либо виду деятельности (это ни в коем случае нельзя игнорировать), никогда бы не реализовались, если бы не жизненный опыт, стимулы, получаемые им от окружения и культуры. Особенно остро все это воспринимается в детском возрасте. Врожденный талант может так и остаться скрытым, если его не развивать, не помогать ему проявить себя (рис. 3).

Вольфганг Амадей Моцарт был гениальным ребенком. Его отец-музыкант приобщал сына к миру музыки с эгоистичной одержимостью, что, впрочем, имело не только негативные, но и позитивные последствия для уже повзрослевшего Вольфганга Амадея Моцарта. Мальчик оказался не только необычайно одаренным, но и получил общественное признание, им восхищались, если не сказать больше, называли необыкновенным, гениальным ребенком. Это случилось в очень раннем возрасте, когда мозг функционирует максимально эффективно, а реакции на внешние стимулы закрепляются в памяти наиболее быстро и в полной мере, чего в более позднем возрасте уже не добиться. Безусловно, осознание того, что он вундеркинд, гений, наделенный исключительным талантом, накрепко отпечаталось в сознании Моцарта-ребенка.

Всю жизнь композитора преследовали финансовые трудности и борьба с мучительной болезнью, чье течение только усугубляла бесшабашная, разгульная жизнь Вольфганга Амадея Моцарта и его безответственное отношение к своему здоровью; но музыкант был уверен – и частенько давал это понять окружающим, – что у других могут быть власть и деньги, зато у него есть талант; и, достигнув зрелого возраста, он решительно выставил этот талант на суд общества, которое восприняло происходящее с немалым подозрением. Оно больше не восхищалось Вольфгангом Амадеем Моцартом, но тот никогда не видел себя в роли слуги, кого-то неполноценного, и делал все возможное, чтобы выглядеть достойно, в том числе и потому, что прекрасно осознавал изъяны своей внешности, но его гений воплощали его прекрасные руки. Бледный, хилый, некрасивый коротышка с хрупким здоровьем обладал феноменальной музыкальной памятью, благодаря которой мог сперва сочинять произведения в уме, а потом уже – записывать их в виде партитуры.

Изучив историю его личной жизни и проанализировав все проявления его тиков, внезапные выкрики, употребление непристойных слов и жестов, что имело место не только во время общения с друзьями, но иногда и в обществе незнакомцев, исследователи творчества Вольфганга Амадея Моцарта сделали вывод, что у композитора был синдром Туретта, – это не является неврологическим нарушением – vulnus – в прямом смысле этого слова, а скорее очерчивает некоторые поведенческие рамки, характеризующиеся различными проявлениями, включая психологические, такие как нарушения внимания и преходящие тики, которые встречаются и при других синдромах. Симптомы ярче всего проявляются в детстве и часто исчезают после выхода из подросткового возраста. Этиология заболевания неясна и, вероятно, связана с базальными ядрами (ганглиями) головного мозга, отвечающими за двигательные функции.