Третий Рим. 500 лет русской имперской идеи

Заботясь о Божественном покровительстве, царь оградил свой город несколькими, так сказать, «палладиями»: перенес туда один из списков Казанской иконы, бывшей с ним при Полтаве; выстроил для адмиралтейских верфей церковь святого Исаакия Далматского, своего личного покровителя, в день памяти которого родился; основал близ города лавру во имя Святой Троицы, – вспомним, что подмосковный Троице-Сергиев монастырь дважды спасал Петра во время стрелецких бунтов, – куда перенес мощи благоверного князя Александра Невского, чьим примером исторически выражалось противостояние как шведским, так и папским притязаниям на Северо-Западе. Должен был быть еще построен на стрелке Васильевского острова собор в честь святого апостола Андрея Первозванного для капитула одноименного ордена, похожий на собор Святого Апостола Павла в Лондоне, но этот замысел исполнился уже после кончины императора лишь отчасти, не так, как виделось Петру. Большой собор на стрелке в честь первого апостола и в стиле главного Лондонского храма, очевидно, переносил в Россию сразу две английские идеи – независимости национальной церкви, которой покровительствует и которую возглавляет монарх, и судьбы великой морской державы. Но, поскольку первое подтверждать не требовалось, а «владычицей морей», сравнительно с Англией, наша страна так и не стала, уклонение реальности от честолюбивого намерения царя не выглядит простым случаем.

Начинания великого реформатора получили в дальнейшем, при других монархах, свое развитие, обрели формы последующих эпох: практичный вкус Петра и затем Анны, учитывающий потребность в рекреации, в «людскости» (светском общении), сменяется безоблачной роскошью елизаветинского времени, ярчайший пример которой – Смольный монастырь; затем набирает силу классицизм с его попыткой воспроизвести античную гармонию природы и искусства; египетско-римскую колоссальность вносит ампир. Все это не то чтобы лишено христианской идеи (напротив, отсылки к ней повсеместны), но дальше и дальше отходит от покаянного духа, которым жила своей действительной жизнью Древняя Русь. Слова апостола «мы безумны Христа ради, а вы мудры во Христе; мы немощны, а вы крепки; вы в славе, а мы в бесчестии» (1 Коринфянам 4:10) вполне приложимы от лица до– и внепетровской Руси к облику Петербурга. В XIX веке будут уже немыслимы духовные завещания, которые оставляли по себе русские святители, с испрашиванием прощения у сослужителей, паствы и отпущением тех, «иже в мене преткнушася». В циклопических сооружениях Петербурга чтение подобных документов трудно себе представить.

Петербург, несомненно, по своей эстетике встал среди лучших европейских столиц, или даже превзошел их всех. Он явил с размахом, подобающим берегам Невы, то новое значение воображаемой Античности, которое придала ее безукоризненным формам инженерная наука восемнадцатого и девятнадцатого столетий. Конечно, эта воображаемая Античность относилась не столько к Афинам, святилищу свободных искусств и философии, сколько к Риму и Константинополю, и была воплощенной в камне музыкой империи. Но следует признать и то, что этой музыкой Россия не сказала миру ничего нового. Как нация, раздираемая противоречиями, мы дали ему великую литературу, но как государство, как система не создали никакого мирового «проекта». Даже мирное сосуществование народов, которым по праву (несмотря на все эксцессы) славится Россия, стало ее характерной особенностью, связанной с пространством, богатством ресурсами, даже с отсутствием у русских высокомерия, которое заставляет сомневаться в уме иных высокообразованных наций – но не рецептом для каждого, на изготовление каковых рецептов уже стабильно претендуют великие державы Запада. С той точки зрения, которая осталась завещана Филофеем, это и подтверждало статус Третьего Рима: империя, в которую, как в пустыню, бежит Церковь, и не должна делать миру никаких двусмысленных предложений, а только хранить для него полученную свыше Весть. Поэтому вопрос о том, насколько эта единственная подлинно содержательная задача удавалась империи, обладает совершенно самостоятельным значением.