Трудный выбор

Звучит серьезно. Мне очень жаль. Надеюсь, вы сможете ей помочь. Если захочешь поговорить, я здесь. Увидимся послезавтра?

Спасибо, Мэйс. И да, увидимся в четверг. У нас совпадают дежурства. Да и вообще, ты теперь от меня не избавишься! Я заеду за тобой до работы? Если да, не забудь шлем. Я буду на полчаса раньше, чтобы никуда не торопиться. Как в прошлый раз. Притяну тебя и поцелую, надеясь услышать, как ты стонешь. А потом заставлю себя отстраниться, потому что нам нельзя опоздать.

Я потираю глаза и зеваю. Миссис Хейс еще не очнулась, и неизвестно, когда очнется. Проклятье. Можно было приехать сюда утром, но эта история не дает мне покоя. К тому же завтра я собирался купить подарок для Йена. Сертификат на внутреннюю и внешнюю мойку его любимой машины. Поэтому останусь здесь на некоторое время. Пусть это бессмысленно, и я бы предпочел быть сейчас с Мэйси. Порой приходится совершать бессмысленные вещи, а не те, которые кажутся правильными или которые хочется сделать.

Экран телефона загорается.

Я захвачу шлем. Спокойной ночи, Грант. С нетерпением жду встречи.

Через секунду появляется еще одно сообщение – от Сьерры.

Твоя подружка покраснела как рак, и у нее начались проблемы с координацией. Не знаю, что ты делаешь, но прекрати, пока мои макароны не сгорели. Я серьезно, Грант. А не то конфискую у Мэйси телефон!

Возможно, я и правда переборщил.

Тихо смеюсь, представляя себе лица Сьерры и Мэйси. Мне нравится, как Мэйси реагирует на мои слова. На слова, взгляды, поцелуи…

– Вы хотите напугать меня до смерти, мистер Мастерсон? – доносится хриплый голос, и я вскидываю голову. Миссис Хейс проснулась. Я торопливо убираю телефон, встаю и, проверив показания на мониторе, спрашиваю, как она себя чувствует.

– А как мне себя чувствовать? – отвечает она и морщится, стоит ей попытаться сесть.

Я вздыхаю.

– Вы находитесь в отделении торакальной хирургии. При падении вы сломали ребро. Наверняка появятся и гематомы, но вам повезло: других травм у вас нет, жизненные показатели в норме.

– Значит, меня скоро выпишут? Или на этот раз я останусь здесь подольше?

Эти вопросы привлекают мое внимание. Обычно люди спрашивают, нужно ли им остаться в больнице и когда они смогут вернуться домой. Но слова миссис Хейс звучат так, будто она спрашивает: «Нужно ли мне ехать домой или можно остаться?»

Я сажусь рядом с ней и, поколебавшись немного, отвечаю:

– Почему вы не хотите возвращаться домой, миссис Хейс? – я говорю спокойно, в моем голосе нет упрека, но она вздрагивает.

– Не говорите глупостей, молодой человек! С какой стати мне не хотеть? – она теребит одеяло, избегая моего взгляда.

– Вас привезли сюда после падения с лестницы. Но кое-кто видел, что вы упали специально. В последние месяцы вы часто бываете в Уайтстоун с разными жалобами, но мы не смогли ничего обнаружить.

Теперь, когда думаю об этом, они кажутся знакомыми: одышка, боль в груди, тошнота, беспокойство… Я не говорю о своих подозрениях вслух, чтобы миссис Хейс не воспользовалась этим как отговоркой.

На глаза ей наворачиваются слезы, а нижняя губа дрожит.

– Мой муж умер, и я не знаю… Не знаю, почему эта боль не прекращается, – наконец признается она и плачет. – У меня все болит, и лучше не становится. Дома без него все не так… по-другому. Так пусто, – на последних словах ее голос срывается.

Мы с Нэшем думали о том, что миссис Хейс может нуждаться в психологической помощи, но не видели очевидного: разбитого сердца.

Я беру ее за руку и говорю:

– Кажется, теперь я знаю, что с вами.

Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами.

– Это называется синдром разбитого сердца. Горе вызвало у вас болезнь.

Всхлипнув, она сжимает мою руку. Я работаю в госпитале чертовски долго, но бывают случаи, которые задевают меня за живое. Такие, как этот.

Я сдерживаю слезы. Страшно представить, каково это – провести всю жизнь с любимым человеком и вдруг его потерять. Ты больше не можешь ему ничего сказать, не можешь почувствовать его запах, прикоснуться к нему, обнять и поцеловать. Вместе смеяться и плакать, есть, спорить, спать рядом друг с другом… Ты теряешь часть себя и ничего не можешь с этим поделать. Зачастую вам даже не удается попрощаться, а если и удается, то слов не найти. Как прощаться с тем, кто разделил с тобой жизнь?