«Центурионы» Ивана Грозного. Воеводы и головы московского войска второй половины XVI в.

В сентябре 7063 (1554/55) г., стремясь подавить непрекращавшиеся мятежи в «подрайской» Казанской земле, Иван IV принял решение отправить туда очередную рать – «послал государь царь и великий князь Иван Васильевичь всеа Русии воевод своих в казанские места черемисы воевать на луговую сторону». Рать собралась немалая – во Владимире под началом «большого» воеводы князя И.Ф. Мстиславского три полка да еще три полка во главе с И.П. Яковлей Хироном – в Галиче⁵⁰⁷. Помимо детей боярских, казаков, стрельцов и служилых татар, в рать было решено отрядить и даточных из северных уездов. Собирать их в один из тамошних городов, в Соль Галицкую, и был отправлен Тимофей Тетерин. К этому времени он получил повышение – за пять лет, прошедших со времен его отмеченной в источниках первой службы, он поднялся из рядовых, пусть и приставленных к царскому коню, детей боярских до начального человека, «сотника», ибо под его началом должно было собраться 100–120 ратников. Что именно было написано в царском указе, который получил Тимофей, неизвестно, но его содержание можно представить по более поздней записи, составленной в аналогичном случае спустя 8 лет. Очевидно, что перед молодым сыном боярским была поставлена задача набрать людей, чтобы они были «на конях в саадацех… собою добры и молоды и резвы, из луков и из пищалей стреляти горазди, и на ртах (лыжах. – В. П.) ходить умели, и рты у них были у всех, и наряду б у них был саадак или тул с луком и з стрелами, да рогатина или сулица, да топорок»⁵⁰⁸.

Вместе с набранными в Соли Галицкой ратниками наш герой был обязан явиться, надо полагать, в Галич. Здесь, поступив под начало воеводы И.П. Яковли Хирона, он и его люди вместе с другими государевыми служилыми людьми должен был присоединиться к главным силам во Владимире и оттуда по первому снегу «с Николина дни осеннева» (6 декабря) выступить в поход на «Луговую сторону на изменников на черемису»⁵⁰⁹.. В этой связи отметим, что С.Б. Веселовский ошибся, отметив в своей справке о Т. Тетерине, что тот был поставлен начальным человеком над сольвычегодскими татарами, – разрядные книги не оставляют сомнений о том, куда был послан Тимошка и над кем он был поставлен⁵¹⁰.

Поход на умиротворение непокорных луговых черемисов завершился успехом. Храбрые, но неорганизованные, они не могли противостоять закаленному в боях и походах царскому войску и были разбиты. В феврале от Мстиславского к царю прибыл посланец, сын боярский Д.Г. Плещеев, который привез с собой воеводскую «отписку». В ней большой воевода «со товарищи» рапортовал Ивану Грозному, что, выполняя царский наказ, пришли они со всею ратью «в волость в Вошлу», а оттуда он, Мстиславский, отправил воеводу Яковлю Хирона «с товарыщи» «в Ветлугу и в Рутны» и, надо полагать, вместе с Яковлей ушел с сотней своих сольгаличан Тимофей Тетерин. «И Иван ходил по многим волостем и воевал, – продолжал Мстиславский, – и пришол к ним в Ошлу дал бог здорово». Две недели царские воеводы подвергали беспощадному опустошению и разорению земли луговой черемисы, «многих людей поимали и побили», после чего «вышли на Волгу да х Казани ходили и назад шли Волгою же, и пришли ко государю дал бог здорово». Правда, отметим, что, несмотря на поражение, черемисы вовсе не собирались складывать оружия. Буквально через несколько дней после того, как пришла весть о победе, одержанной Мстиславским, в Москву прискакал гонец из Казани. Он сообщил, что «луговые люди» пришли войной на «арских людей», и те с большим трудом при поддержке государевых стрельцов отбились, после чего 700 арских людей «на ртах» под началом Ф. Баскакова сами сходи ли набегом на луговых, «пришли безвесно, повоевав, людеи побили и в полон поимали и животину побили и пришли дал бог здорово»⁵¹¹.

Но в этих событиях Тимофей уже не участвовал. Он уже был в Москве, где его ожидало новое повышение по службе. Надо полагать, царь остался доволен его службой в зимнем походе на черемису и потому назначает его стрелецким головой. Неясно, правда, был ли Тетерин поставлен во главе новосформированного приказа или же возглавил один из старых, из первых шести, должность головы которого освободилась (выбор был – Василий Прончищев был убит под Казанью в 1552 г., Матвей Ржевский отправился в Путивль воеводствовать, Григорий Пушечников тоже, судя по всему, перестал быть стрелецким головой). Во всяком случае, некий оставшийся неизвестным англичанин, побывавший в Москве зимой 1557/58 г., писал, что на царский смотр 12 декабря 1557 г. «в хорошем порядке» вышли 5 тыс. «аркебузиров» (то есть по меньшей мере 10 приказов по 500 человек. – В. П.)⁵¹², так что возможны оба варианта.

Возглавив стрелецкий «прибор», новоиспеченный стрелецкий голова сразу направился на войну – на «Северо-западный фронт», туда, где его карьера продолжила взлет и где она спустя несколько лет неожиданно прервалась.