Турция до османских султанов. Империя великих сельджуков, тюркское государство и правление монголов. 1071–1330

Не менее очевидно, что Малая Азия, даже в ее турецком варианте, воспринималась иностранцами, в особенности иностранными мусульманами, как совершенно отдельная страна – Турция, фактически чуждая остальному арабскому миру. В XII веке там почти не бывали никакие путешественники, а посланник Нур ад-Дина аль-Балхи по возвращении рассказывал о стране, которую ему довелось повидать, примерно так, как говорил бы современный путешественник, совершивший экспедицию в сердце самой захолустной части Азии или Африки. Стоит обратить внимание на впечатления, сложившиеся у посла халифа Ибн аль-Джаузи во время его путешествий в Малую Азию уже в XIII веке. Одежда, естественно, отличалась от арабской, а в сельской местности от иранской. Но больше всего и мусульман и европейцев поражали турецкие женщины: свобода, которой они пользовались (туркменки как минимум не закрывали лицо), и их выносливость (Рикольдо да Монтекроче, миссионер и путешественник, утверждал, что они рожали детей прямо во время движения каравана). Учитывая все сказанное о турецкой и мусульманской составляющей, совершенно очевидно, что в Малой Азии оставались и некоторые «местные» жители, общая численность которых, вероятно, значительно превышала численность турков. Виллем (Гийом) Рубрук утверждает, что в XIII веке эта пропорция составляла десять к одному. Чтобы определить преемственность населения, недостаточно установить, что какая-то его часть сохранилась даже с прошлого века, поскольку различные обстоятельства способны побудить людей вернуться и начать заново обживать частично заброшенные зоны. Возможно, что именно это происходило во время монгольского владычества, и определенно так было в последние два века Османской империи. Тем не менее, пока не доказано обратное, существование определенной коренной группы в наши дни предположительно является доказательством ее существования на протяжении истории. Конечно, это не избавляет нас от необходимости искать древние источники, чтобы доказать это непосредственно и, что еще важнее, установить подробности относительно этого существования. В дальнейшем об этих «коренных» жителях еще будет сказано в связи с организацией межконфессиональных отношений, а также системы налогообложения и землевладения. Пока будет достаточно пары слов.

Западная Армения оставалась в основном армянской страной. В целом это верно для Эрзурума, хотя детальной информации недостаточно. Более определенным пока было положение в Эрзинджане, который, вероятно, даже в это время и, абсолютно точно, во времена монголов и в конце Средних веков играл более важную роль, чем Эрзурум, и, несмотря на имевшуюся там турецко-мусульманскую колонию, оставался крупным преимущественно армянским городом. Однако на юге Армении даже тогда отмечалось широкомасштабное проникновение курдского населения. Дальше на запад, как следует помнить, политика Византии привела к частичной арменизации Каппадокии. Турецкие завоевания заставили некоторых, но не всех армян Каппадокии перебраться в Киликию, где постепенно сформировалось армянское государство Малая Армения, и многие из них остались там, в особенности в Центральном Тавре и на его южных склонах на границе между Малой Азией и Сирией и Месопотамией. Трудно объяснить тот факт, что монофизиты сделали главной резиденцией своего патриарха монастырь Мар Бар-Саума, расположенный в горах к югу от Малатьи, если их крупные общины, существовавшие в Верхней Месопотамии, не располагались дальше ее в этом направлении. Что же касается греков, или эллинизированного населения, то оно обитало по всему побережью и гористой периферии Анатолии от Трапезунда и его окрестностей до Исаврии, включая территории страны Данишмендидов, провинций Кастамону и даже Анкары, верхние долины рек, впадающих в Мраморное или Эгейское море, и регион Антальи. Повторим, что они еще оставались в достаточном количестве в самом сердце Каппадокии, а также в сельскохозяйственных районах и городах самого Анатолийского нагорья.

Таким образом, заключение будет двояким и с очевидностью противоречивым. С одной стороны, ясно, что большинство населения составляли не турки и даже не мусульмане и оно не было единообразным. И все же не менее очевидно, что страна (Турция) находилась в стадии формирования, поскольку, как в русско-азиатской степи, и в отличие от других стран, политически подчиненных туркам, здесь турки селились, как в собственном доме, и их доминирующее присутствие повсюду в сравнении с коренными группами определяло характер самой Анатолии. Это «турецкое» качество, как мы видели, не было характерным для всех мусульман, и даже всех тюрков, но, в отличие от других мусульманских стран, Малую Азию характеризовала ориентация именно в этом направлении.

Глава 2Экономическая жизнь