У каждого свой Эверест. Как опыт реальных восхождений помогает вдохновлять команды и управлять проектами

Тем временем пауза затягивалась и переставала быть томной – делегаты с тревогой посматривали на часы, а секретариат МОК просто испепелял меня своими взглядами, пытаясь донести, что такие срывы расписания просто недопустимы. Я старался гнать от себя тревожные мысли, которые мне во всех красках рисовали картины, в которых служба госбезопасности отказывает всем гостям в допуске в Кремль в связи с отсутствием пропусков.

Спасительный вызов на мой номер телефона пришел как раз в тот момент, когда промедление еще на пару секунд грозило обернуться тотальной катастрофой. Звонил заместитель президента нашего национального комитета, с которым мы встречались в Лондоне. «Сергей, разрешение получено, начинайте посадку гостей в автобусы!» – быстрым шепотом сообщил он мне.

Я мысленно выдохнул, постарался распахнуть свою улыбку от Калининграда до острова Русский на Дальнем Востоке и начал приглашать гостей на посадку в автобусы. Делегаты нарядной рекой потекли к выходу из фойе, где их подхватывали наши волонтеры, распределяя по транспортным средствам. Когда отъехала уже бóльшая часть машин, на мой телефон пришел еще один вызов от заместителя президента, который заставил кожу на моей голове покрыться морозным инеем.

«Кто разрешил посадку?!» – словно плюясь змеиным ядом, прошипел он мне в трубку. «Так вы же сами звонили мне 15 минут назад», – попытался парировать я, но в ответ лишь услышал длинную тираду о том, что теперь вся ответственность за принятие своевольного решения на мне, и остается только уповать на то, что сотрудники госбезопасности испугаются последствий международного скандала и не станут разворачивать прибывших к воротам Кремля шейхов, королей и прочую достопочтенную публику.

Первой моей мыслью было хватать свободную машину и на всех парáх мчать в ближайший аэропорт, чтобы успеть покинуть страну до того, как меня объявят персоной нон-грата и обвинят в начале Третьей мировой войны. Но образ непотопляемого разведчика снова помог мне собраться с силами и сесть в последний автобус с делегатами, отправляющийся в Кремль.

В Кремле царил полный хаос. Думаю, что сотрудники охраны никогда не видели, чтобы сотни людей допускались к телу первого лица страны не то чтобы не имея на это специального пропуска, но даже не пройдя через рамку с металлоискателем. По крайней мере их вытаращенные от удивления глаза отражали всю несуразность происходящего.

Делегаты изо всех стран мира беспрепятственно расхаживали по залам, трогая руками позолоту на стенах и зачарованно разглядывая расписанные своды роскошных палат. Я думаю, что Грановитая палата не была свидетелем такой степени публичной доступности со времен Ивана Грозного, а сам гадал, на каком же уровне было принято решение о беспрецедентном допуске в святая святых нашего государства.

Справедливо решив, что раз уж на меня переложили ответственность за принятие решения государственного масштаба, то это, по сути, было равноценно передаче мне президентских полномочий. А президентам нужно мыслить стратегически и быть визионерами будущего своей страны, а не погружаться в рефлексию обид и ошибок.

Заместитель президента нашего олимпийского комитета с фальшивой улыбкой протиснулся между плотными рядами гостей и подошел ко мне в попытке пожать руку. Я отрешенно стоял, опершись спиной и затылком на одну из великолепных колонн, и чувствовал, как из меня тяжело, словно свинец, выливается на дворцовый паркет шипящий адреналин.

Вместо рукопожатия мне хотелось со всей силы схватить его за грудки и приложить головой к колонне, но президент во мне в этот момент сумел затушить пожар агрессии, и я снова превратился в достопочтенного распорядителя королевского бала, радушно склоняя голову при прямом зрительном контакте со всеми окружающими.

Прием в президентском дворце был финальным аккордом в череде заседаний и мероприятий Генеральной ассамблеи. На следующий день делегаты стали разлетаться по домам, а мы вместе с государственными чиновниками гадали, какую же оценку нашей работе, а значит и стране, выставит руководство МОК.

Вернувшись после шести дней отсутствия в уже ставший почти родным офис агентства, я был встречен сотрудником службы внутренней безопасности, который вежливо, но беспрекословно довел до меня не очень приятную информацию. Оказывается, всей команде проекта необходимо было пройти тест на детекторе лжи в рамках работы по поиску мошенников, которые пытались украсть государственные деньги с банковского счета. А лично я как один из главных подозреваемых должен буду помимо этого пройти несколько собеседований с психологом, следователем и дознавателем.

«Мать Тереза»

Не могу сказать, что это было именно то, чего вы ожидаете после завершения сложного изматывающего проекта.