У каждого свой Эверест. Как опыт реальных восхождений помогает вдохновлять команды и управлять проектами

Именно таким образом я нашел поляка Мачи, который на несколько сезонов стал одним из лучших и самых надежных игроков нашей команды. Правда, чтобы уговорить его принять участие, мне пришлось пообещать ему, что после каждой игры я буду отвозить его домой в Параматту – пригород Сиднея, который находился за 40 километров от нашей площадки. Иногда наши игры заканчивались ближе к полуночи, и в такие дни у Мачи просто не было шансов добраться до дома на общественном транспорте.

В каких-то случаях мне приходилось хитрить и говорить понравившемуся мне игроку, что взносы были гораздо ниже официальных. По сути, я сам платил половину взноса за игрока, в обмен получая его согласие на присоединение к команде.

Но получить такую скидку от меня было не так-то просто: для этого нужно было несколько раз подряд обыграть меня на площадке один на один, что требовало незаурядных умений. Ведь я прилагал все усилия для того, чтобы мои инвестиции окупились в будущем и превратились в победу в чемпионате.

Вы будете настойчивее требовать от людей полной отдачи, если вложите в проект свои деньги. Венчурные инвесторы знают об этом: они отдают предпочтение стартапам, основатели которых «проголосовали собственными деньгами» за успех своих идей.

Для того чтобы привлекать более сильных игроков в команду, мне самому приходилось поднимать уровень своей игры. В бизнесе я часто собирал вокруг себя команду из гораздо более талантливых и умных людей, чем я. Моей главной задачей было не казаться самым умным из них, а уметь организовывать для них рабочее и коммуникационное пространство – и именно это делало меня лидером в таких командах.

Помню, что в какой-то момент я добавил еще одно обязательное условие для получения от меня субсидии на командные взносы: кандидат должен был обыграть меня в соревнованиях по броскам со штрафной линии. Сам я никогда не уделял тренировкам штрафных бросков много времени, поскольку привык играть на уличных площадках без судей, которые фиксируют нарушения правил.

Поэтому средний процент моих личных попаданий со штрафной никогда не был выше 50, но ради того, чтобы получить в команду наиболее разносторонних игроков, я поставил себе целью поднять его как минимум до 80 %. Каждый день по вечерам я вставал с мячом в руках на линию штрафных и не уходил с площадки, пока не делал тренировочные 100 бросков. Каждый день я старался побить свой текущий рекорд.

Помню, что однажды во время такой бросковой тренировки начался сильный дождь. Сидней находится на берегу океана, и поэтому в нем часты резкие перемены погоды. На тот момент я прошел уже половину дистанции, сделав 50 бросков, и шел на свой очередной рекорд. Мне так не хотелось прерывать тренировку, что я продолжал бросать по кольцу, несмотря на то что дождь все усиливался и превратился в конце концов в настоящий ливень. Со стороны ситуация, наверное, выглядела очень странно: с неба льет дождь как из ведра, а парень на площадке, стоя в лужах воды, кидает по кольцу баскетбольный мяч.

Баскетбольные мячи делают из композитных материалов – кожи и ее заменителей, которые достаточно гигроскопичны. Вес официального игрового мяча составляет 465 граммов, но в тот день я заканчивал тренировку с мячом, который из-за впитанной им воды весил, наверное, не меньше одного килограмма.

Профессиональные баскетболисты способны отличить разницу в весе мяча величиной в пять-десять граммов, так что для меня в тот день тяжелеющий от броска к броску мяч стал еще одним вызовом, который стоял на моем пути к очередному рекорду. В результате мне удалось установить новый рекорд, правда, ценой ему стала моя простуда и пришедший в полную непригодность мяч. Разбухший от влаги, он весь расслоился, и на следующий день его пришлось выкинуть.

С того времени прошло почти десять лет, но я по-прежнему использую любую возможность для того, чтобы встать на линию и побить свой текущий рекорд. Сейчас мой лучший результат – это 87 попаданий с линии из 100, и я каждый год работаю над тем, чтобы стать еще лучше. От обилия тренировок штрафного броска он стал мне сниться по ночам, и я заметил, что это помогает мне успокоить возбужденное сознание и быстрее заснуть.

У меня всегда были проблемы с засыпанием – как правило, обычно мне требуется два-три часа, чтобы заснуть. Общеизвестные приемы вроде подсчета овец мне никогда не помогали, но вот если я, лежа в кровати, начинал представлять, как я бросаю по кольцу штрафные броски, то я засыпал гораздо быстрее. Кстати, многие мои знакомые спортсмены тоже говорили мне, что вместо овец они, лежа в кровати, считают заброшенные шайбы, отбитые ракеткой мячи, или голы.

Выбор чего-то близкого и понятного только вам гораздо лучше помогает отвлечь сознание и погрузиться в сон после напряженного дня.

Эффект идеального броска