Как и жизнь любого долгожителя, жизнь Земли имела бурную историю. На протяжении всего периода ужасные катастрофы сменялись периодами относительной стабильности. Некоторые из этих кризисов были вызваны в первую очередь геологическими или космологическими событиями, такими как извержения вулканов и падения астероидов. Другие стали результатом многочисленных эволюционных экспериментов. Однако всегда, несмотря на вымирание большинства существовавших на тот момент видов, наша планета постепенно восстанавливалась – пускай и в течение многих тысяч или даже миллионов лет – и часто радикально менялась. Казалось бы, живая планета – особенно если она достигла высокого уровня экологической сложности – обладает потенциалом и необычайной способностью к восстановлению в рамках геологических масштабов времени. Однако процессы самостабилизации, лежащие в основе этой способности, протекают слишком медленно и сопряжены со слишком сильными потрясениями, чтобы избавить от них таких недоговечных существ, как человек.
В настоящее время мы переживаем чрезвычайную ситуацию планетарного масштаба, которую сами же и создали. Сжигая огромные запасы ископаемого топлива, уничтожая леса и луга, загрязняя воздух, море и сушу, а также совершая множество других вещей, мы ввергли Землю в очередной кризис. Хотя это, возможно, не самая серьезная катастрофа в истории планеты, некоторые ее аспекты, вероятно, не имеют прецедента. Например, атмосфера никогда столь быстро не наполнялась таким большим количеством углерода. Если мы не примем необходимые меры, то планета перестанет быть гостеприимной не только для людей, но и для многих других бесчисленных форм сложной жизни.
Во время написания этой книги я часто видел людей с тремя противоположными взглядами на будущее человечества и нашей планеты. Первый лагерь мы можем назвать фаталистами. Они считают, что где бы ни развивалась разумная, обладающая самосознанием и способная к созданию техники жизнь, она обречена на самоистребление и уничтожение родной планеты. Фаталисты спрашивают, почему мы никогда не встречали разумных инопланетных существ, несмотря на то что сами населяем такую огромную планету, на которой мы, несомненно, далеко не одиноки? Потому что, отвечают они, космические виды никогда не живут достаточно долго, чтобы встретиться друг с другом.
Фантасты в отличие от них рассматривают живую планету как благожелательное существо, которое всегда движется к состоянию дзена. По их мнению, для беспокойства нет поводов: в конце концов, планета сама о себе позаботится, даже если это может повлечь за собой избавление от одного назойливого вида обезьян.
Представители третьей группы, футуристы, предсказывают Земле мрачное будущее, но отвергают апатию и пораженчество: их задача – найти или создать новый дом для человечества на другой планете.
Я хотел бы предложить альтернативный подход, основанный на выводах науки о земной системе. Жизнь нельзя назвать всецело благожелательной силой: она не работает целенаправленно на общее благо. Другими словами, оптимального состояния планеты не существует. Однако верно то, что на протяжении огромных периодов времени Земля и существа, которые ее населяли, имели тенденцию к созданию таких отношений, которые помогали бы их взаимному выживанию и которые наделяли бы Землю ее удивительной способностью к самосохранению. Давайте проясним: нам не грозит гибель существа, которое мы называем Землей. Даже если мы раскопаем и сожжем все существующие виды ископаемого топлива, даже если мы превратим Землю в гигантскую теплицу, которая уничтожит наш вид и большинство сложных форм жизни, микробы и другие жизнестойкие формы жизни сохранятся, планета, в конце концов, восстановится сама.
Мы уничтожаем мир, каким мы его знали: ту особую версию Земли, на которой развивался наш и многие другие виды, – версию, которая является настоящим раем по сравнению со тем, что ей предшествовало. Если мы не примем меры, ужасающие изменения, которые мы сами привели в движение, разрушат экосистемы по всему миру и погубят миллиарды жизней. Меры, необходимые для предотвращения самых ужасных последствий этого кризиса и сохранения пригодной для жизни планеты, известны, их можно реализовать.
Если страны, которые несут наибольшую ответственность за нынешний кризис и способны его разрешить, не выполнят свои обязательства, то они пожертвуют не только Землей в ее нынешней форме. Они сделают невозможным создание лучшего мира для человечества. Непростительной глупостью будет проигнорировать необходимость изменений здесь, на Земле, и заняться терраформированием других планет. Мы еще не достигли того уровня понимания экологии и технологического развития, который необходим для превращения неживого и безвоздушного камня в новую Землю. Однако мы, без сомнения, способны сохранить единственную живую планету, которая у нас уже есть, единственную, которая у нас когда-либо была.