Украина против Донбасса. Война идентичностей

Определяющим для поддержания самостоятельной юго-восточной идентичности является, таким образом, ее полная невписанность в строго этническую украинскую культуру. Если западноукраинский регионализм – это национал-регионализм, порождаемый ощущениями своеобразной гиперукраинскости, то восточный регионализм пытается отгородиться от чуждых и непонятных идей, а не навязывать свои представления другим. Региональное самосознание Юго-Востока носит реакционный, оборонительный характер, оно питается не столько собственными оформленными конструктивными идеями, сколько неприятием навязываемых извне[65].

Население Донбасса четко высказалось относительно событий «оранжевой» революции, а съезд депутатов в Северодонецке заложил возможное институциональное оформление независимости региона от Киева. В 2008 г. прошел второй съезд в Северодонецке, на котором присутствовал депутат Госдумы К. Затулин. По итогам съезда была принята Декларация прав русской культуры и культур других народов Украины. В данной Декларации делается ударение на важности сохранения культуры всех народов, проживающих на территории Украины. В резолюции среди многих идей и требований была отмечена необходимость в проведении политики широкой децентрализации, чтобы регионы имели больше прав в осуществлении гуманитарной и экономической политики. Сделан акцент на нарушении прав русскоязычного населения Украины. Однако следует отметить: если сравнить степень нарушения прав в 2008 г. и в 2014-м, то послемайданная власть взяла курс на тотальный этнокультурный геноцид русского и русскоязычного населения[66].

С каждым последующим годом независимого существования Украины противоречия между регионами усугублялись. Региональная идентичность Донбасса проявлялась в таких сферах, как экономика, политика, культура, спорт. С экономической точки зрения регион был промышленным, в котором функционировали предприятия угольной, горнодобывающей промышленности, черная и цветная металлургия, металлообработка, машиностроение, химическая, электроэнергетическая промышленность, производство строительных материалов. В целом только Донецкая область обеспечивала 20 % промышленного производства Украины. С экономической точки зрения регион был самодостаточным. Конечно, в регионе были города, в которых превалировало одно производственное направление, соответственно, если градообразующее предприятие закрывалось, город испытывал серьезные финансовые трудности. С политической точки зрения регион был достаточно сильным и влиятельным, поскольку именно Партия регионов, вотчиной которой считался Донбасс, конкурировала с другими политическими силами на уровне государства, а ее лидеры занимали самые высокие должности на уровне государства.

Противостояние футбольных клубов донецкого «Шахтера» и киевского «Динамо» с середины 1990-х имело также окраску регионального противостояния, когда «Шахтер» ассоциировался с востоком, а «Динамо» – с остальной Украиной.

Противостояния Донбасса и Галичины в культурно-цивилизационном плане были особенно резкими, что проявлялось в негативном отношении друг к другу, но со стороны Галичины оно было наиболее негативным. Это могло быть объяснено тем фактом, что Донбасс всегда был русскоязычным, стремился к сотрудничеству с российскими регионами, в контексте политики памяти всегда чтил память воинов Красной Армии и воспринимал террористов из УПА фашистскими коллаборантами. И если «оранжевая» революция 2004 г. заложила серьезное культурно-ментальное противостояние между регионами, то государственный переворот 2014 г. окончательно развел регионы по разные стороны геополитических предпочтений. С этого момента начинается серьезная кампания, дискредитирующая население Луганской и Донецкой областей. По всей Украине начинается травля выходцев из Донбасса, даже если они придерживались проукраинских взглядов. Так, после 2014-го и особенно в 2022 г. переселенцы из Донбасса подвергались дискриминации, они испытывали сложность со съемом квартир, а также с наймом на работу. Как только представители других регионах узнавали о прописке, они отказывались сдавать им жилье или принимать их на работу. Сегмент социальных сетей особенно ярко проявил отношение жителей Украины к представителям Донбасса, оставляя одобрительные и оскорбительные комментарии под фотографиями погибших и раненых гражданских лиц Донбасса.

Разгон ненависти к Донбассу и всему донецкому стал информационной составляющей многих политических кампаний в Киеве и в Галичине, эдакой обыденностью. Например, летом 2013 г., еще до Евромайдана, в Киеве появились активисты в белых футболках, на которых кулак сжимал за хвост пойманную крысу и красовался лозунг «Гэть (прочь) донецких!». Опять-таки еще до Майдана 2014 г. на украинских телеканалах запустили проекты, доказывающие даже генетическую разницу между украинцами и русскими[67].