Уцелевшая. Она не пала духом, когда война забрала всё

– Мы действительно больше не можем оставаться, – поддержал зятя Яков Мендель. – Лес будет для нас своего рода оборонительной стеной. Немцы боятся больших болот, поэтому не посылают туда войска. Авраам прав, жизнь здесь может показаться проще, но гетто скоро зачистят.

Споры продолжались еще несколько дней, пока не произошло нечто, заставившее Шурку принять решение немедленно уйти раз и навсегда.

Однажды утром она взяла Ирену, и они вдвоем отправились на скудный рынок, где еще можно было купить картошку и капусту для супа. По дороге она споткнулась обо что-то на тротуаре, и они с Иреной упали. Шурка сразу поняла, что они упали на мертвеца.

Вокруг него жужжали мухи. В руке он все еще держал коробку, в которой надеялся получить какую-то подачку, может быть, кусок хлеба, который спас бы его от смертельного голода.

– Мама, посмотри, может, ящик его возьмем? – спросила Ирена и открыла ящик покойника.

Шурка пришла в себя, быстро встала, подобрала девочку, прежде чем она успела что-то понять, стараясь уберечь ее от этого ужасного зрелища. Она вызвала похоронное общество и поспешила прочь. Домой Шурка вернулась с уже принятым решением.

– Нам во что бы то ни стало нужно выбраться из этого места, где даже умереть с достоинством невозможно.

В ту ночь они все пришли к соглашению.

Им нужно было немедленно уезжать – в огромных лесах Парчева у них мог быть шанс пережить войну и остаться в живых.

– Всего на несколько месяцев, – сказал Шурке и всем остальным членам семьи Авраам, как всегда полный оптимизма.

– Откуда ты можешь это знать?

– Довольно. Мы должны верить в Бога.

– Ты же сказал, что он больше не присматривает за нами.

– У нас теперь другой Бог, и он в лесу. Начинай паковать вещи.

– Расскажи мне о Ехиэле Гриншпене и новом Боге.

И Авраам рассказал ей о еврейском герое и о том месте в дремучем лесу, где евреи взяли свою судьбу в свои руки.

– В Парчевском лесу, который ты хорошо знаешь из сказок, еврейские партизаны разбили два лагеря: один для партизан, а другой – «семейный лагерь», который стал убежищем для женщин, детей и стариков. Семейный лагерь называется «Табур» (или «Базар»). Партизаны защищают семейный лагерь.

– А где мы будем жить?

– Не беспокойся об этом, жена. Твое убежище – мое убежище, где ты прячешься, там и я. Самый главный еврейский партизанский отряд в Польше действует в Парчевском лесу; им командует Ехиэль Гриншпен.

– Руска хочет присоединиться к бойцам.

– Они с радостью ее примут. У еврейских партизан в отряде есть женщины, которые участвуют в боях – как бойцы или как медики.

В состав группы, отправившейся в лес, кроме Авраама и небольшой семьи Шурки, вошли Яков Мендель и Тайба, Руска и Шломо, Девора и ее муж, Йодель, его жена Рахиль и их семеро детей. Руска не осталась с семьей, а служила в лагере бойцов, сначала как санитар, а затем как боец.

В леса

Теперь, когда решение было принято, возникли сложные вопросы о том, в какое место они направятся, – лес был огромный.

Найдут ли они своих знакомых в лесу?

Придется ли им жить в одиночестве? Искать партизан? Примут ли партизаны две семьи с таким количеством маленьких детей, младенца и Девору, которая вскоре уже не сможет скрывать свою беременность? Как они переживут суровые зимние месяцы? Удастся ли им найти еду?

Было решено, что Авраам и Яков Мендель первыми отправятся в лес и попытаются связаться с теми, кто там прячется, чтобы услышать от них подробности жизни в дикой природе. Так они могли лучше подготовиться к побегу, узнав, что взять с собой и как спланировать маршрут.

Через десять дней Яков Мендель и Авраам вернулись. Их лица сияли от счастья. Все было готово. Время бежать из гетто пришло.

Чтобы не подвергать себя опасности, было решено, что каждая семья пойдет сама по себе. В лесу они оборудовали место встречи для всей семьи.

Авраам сделал всем точную карту с обозначенным местом встречи. После встречи все вместе пойдут на поиски семейного лагеря. Первым делом нужно было найти убежище в лесу…

Август 1942 года. Уже дул легкий ветерок, и в воздухе чувствовались признаки осени; ночи были холодными, и листья начали опадать. Это был месяц, когда обе семьи отправлялись в лес.

И откуда они могли знать, что в сентябре того же года, всего через месяц после их ухода, всех евреев из гетто отправят в Треблинку и убьют?

Острув-Любельски, как и другие города Польши – Любартув, Парчев и Люблин, – стал местом, где евреи и поляки никогда больше не будут жить рядом друг с другом. Их вековое добрососедство было грубо нарушено, сообщество миллионов живущих бок о бок людей было уничтожено.

К моменту эвакуации гетто в сентябре 1942 года Шурка и ее семья уже были опытными лесными жителями. Сначала они нашли себе временное укрытие, а затем присоединились к семейному лагерю.

Вскоре они станут частью группы лесных партизан Ехиэля Гриншпена. Лес будет их жизненным пространством, а люди будут их защитной стеной. Но в лесу погибло больше людей, чем выжило. Для многих лес стал местом последнего упокоения.

Партизаны в лесах Польши