Читаем В Одессу на майские. Некурортный роман полностью

— В смысле того, что всё у неё в жизни было, многое осталось, но вот ищет она себе пару, желательно молодого и богатого. Что я делаю? Внушаю ей, что желания её осуществимы, нахожу из числа слушателей желающего сыграть роль жениха, беру напрокат лучшее свадебное платье и смокинг. Мы фотографируем их в лучшем Дворце бракосочетания с цветами и шампанским. Дама рассылает эти фотографии всем знакомым, они исходят злобной слюной от зависти к её успеху в жизни. Финал: она счастлива, а я при деньгах. Много могу таких примеров привести, люди хотят быть лучше, чем есть на самом деле, главное внушить им это.

— Слушайте, да вы же новоявленный Остап Бендер! — воскликнул Петька. — Надо же так людей разводить! Вы одессит?

— Да нет, я из Винницы. В моей судьбе, конечно, прослеживается определённое сходство с судьбой Великого комбинатора. Сейчас я, как и он, потерпел фиаско и вынужден переквалифицироваться в управдомы.

— Да ладно, так не бывает, — удивился Петька под всеобщий смех. — А вас тоже румынские пограничники раскулачили, или нашлись другие ушлые товарищи, которые ваш бизнес отжали?

— Увы, мой юный друг, хоть в Украине и распространён рейдерский захват бизнеса, но со мной получилось попроще. Народ Украины решил стать успешным не поодиночке, а всей страной сразу. С началом Майдана в моих школах клиентов убавилось на порядок, а после Нового года пришлось закрыть офисы практически во всех регионах страны. Однако я не унываю. Я решил поднять бизнес на новую ступень и теперь займусь эзотерикой.

— А что это такое? — удивился Пётр.

— Вы, молодой человек, живете в Питере и не знаете, что такое эзотерика? В вашем городе живёт отец-основатель этой передовой науки, а молодое поколение ничего о нём не знает? Непорядок! Будем просвещать. Эзотерика — это соединение психологии, экстрасенсорики и оккультизма. Она даёт человеку знания, как жить дальше.

— Так бы и сказал, что гадание на кофейной гуще, а то эзотерика! — вдруг вставил своё слово Банкир. — Думаешь, теперь твой новый опиум для народа будет давать прибыль?

— Ещё и как! — радостно воскликнул Сатир. — По крайней мере, в Украине. Майдан убил мой прежний бизнес, он же и раскрутит новый. Если до Майдана все хотели быть успешными и ездили на мои тренинги, то теперь будут идти ко мне, чтобы найти способ выжить. Времена-то на дворе лихие.

— Что же, вы — украинец, и против Майдана? — удивлённо спросил Петька. — Это же так здорово: демократия и всё такое…

— Наивный вы человек, если считаете, что Майдан — это демократия. Майдан — это нормальное проявление свободолюбивого духа украинского народа, Майдан — это анархия. Это я, знаток украинской истории, говорю.

— Так вы ещё и историк?! — улыбнулась Ихтиологиня.

— Да, а почему нет? Я — продолжатель дела известного украинского историка Бебика, сам ищу и нахожу факты неславянского происхождения украинской нации.

— Извините, не поняла, какого происхождения? — переспросила дама.

— Понятно, вы тоже жертва великого заблуждения, вбитого в головы русским придворным историком Карамзиным. Вся его история высосана из пальца и служила для обоснования гегемонии русской нации в Российской империи, эдакой теории старшего русского брата по отношению к младшим, украинцам и белорусам. На самом деле мы — народы, происходящие от разного корня. Русские ведут своё начало от северных славянских племён, смешавшихся с татарами, мордвой и прочими народами севера и востока Европы, а мы, украинцы, вернее, укры, не имеем со славянами ничего общего. Укры ведут свой род от древних ариев, которые в доисторические времена заселяли всю территорию Европы. Самый древний язык на земле сансар, который занесли на планету с Венеры, лёг в основу санскрита, на котором общались древние укры. Нынешний украинский язык — допотопный язык Ноя, который стал прародителем многих языков Европы. На древнем языке укров писал свои стихи ещё Овидий! На этом языке звал на бой великий Спартак!

— О древних украх я, честно говоря, слышу впервые. Чем же они наследили на этой земле, что вдруг всплыли из небытия и превратились в прародителей всего человечества? — подняла удивлённо брови Ихтиологиня.

— Этот факт скрывался оккупантами нашей страны, чтобы не поднимать народные волнения. Но когда Украина стала по настоящему свободной, что произошло в 2004 году после победы первого Майдана, была написана новая история Украины, которую теперь изучают в школах.

— Оккупанты, надо полагать, это русские? — поинтересовалась дама.

— В общем смысле да, но не столько русские, как москали — потомки Московии.

— О, как всё запущено. Тот факт, что москвичи — москали, я ещё понимаю, но, например, новгородцы, которые появились раньше Киева, или питерцы, которым чуть больше трёхсот лет от роду, они тоже москали? — пытался разобраться Петя.

— Молодой человек, не надо путать понятия «москвич» и «москаль». «Москаль» в переводе с австрийского — «солдат». Как уже говорилось, новгородцы не москали, они варяги, которые пришли в Киев и дали Украине наконец-то государственность, — продолжал поучать Сатир.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русская Реконкиста

Моя Новороссия. Записки добровольца
Моя Новороссия. Записки добровольца

Книга Евгения «Гайдука» Николаева, революционера, волонтёра и воина, – замечательный микс фронтового дневника, политического травелога и философского трактата, объединённых географией Новороссии как в исторической, так и футурологической перспективе.Но главное в этой работе – настоящее, первое в своём роде народное, низовое осмысление идущей третий год войны за Новороссию, оппонирующее и пропагандистским клише, и обывательскому цинизму Чрезвычайно рельефно, цельно и убедительно при таком подходе к материалу выглядят окопные реалии, романтические воспоминания, историософские размышления.Книга Николаева заставляет вспомнить лучшие образцы этого своеобразного жанра – «Памяти Каталонии» Джорджа Оруэлла и «Убийство часового» Эдуарда Лимонова.

Евгений Николаев

Проза о войне / Современная русская и зарубежная проза
Собиратели тишины
Собиратели тишины

Роман «Собиратели тишины» Дмитрия Филиппова имеет все шансы стать эталонным текстом складывающегося корпуса новой русской военной литературы, рождённой СВО, которую по аналогии с «лейтенантской» можно назвать «прозой добровольцев».Филиппов уходил на войну сложившимся писателем, а вернётся – классиком. «Собиратели тишины» свидетельствуют о значительных потенциях художника: здесь и продуманная архитектура текста, и логически выстроенная композиция, и гремучая смесь эпоса и репортажа, яркий и убедительный в своих поступках главный герой, достоверные персонажи, нерв и драйв – иногда, особенно во второй части, хронотоп которой – штурм Авдеевки, вещь напоминает стремительно смонтированные кадры от киногруппы, которая знает, что может погибнуть в любой момент, и ей категорически важно этот материал после себя оставить. События Великой Отечественной и войны па Украине встают рядом – и уходят прямиком в вечность. Принципиальна и экспозиция двух реальностей: войны и сытого, прежнего, сонного быта российских мегаполисов.Литературные аналоги «Собирателей тишины» – «Конармия» Исаака Бабеля, «Немцы» Александра Терехова, «Ополченский романс» Захара Прилепина.

Дмитрий Сергеевич Филиппов

Проза о войне / Современная русская и зарубежная проза
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже