Вечный Египет. Цивилизация долины Нила с древних времен до завоевания Александром Македонским

Египтяне, занимавшиеся естествознанием, ограничивались лишь присвоением названий, хотя этот процесс и обладал очень широкомасштабным характером. Следует отметить, что слово мат использовалось для обозначения любого гранита, встречающегося в Асуане, вне зависимости от его цвета. Соответственно, цвет не может быть единственной отличительной чертой. Очевидно, словом бехен называли несколько разновидностей скальной породы, включая, помимо всего прочего, черный сланец из Вади-Хаммамата. Использование слова нехет (сикомор) в качестве родового наименования в таких выражениях, как «фига нехет» и «благовоние нехет», свидетельствует о попытке отнести к одной категории совершенно разные деревья. Египетские художники умели изображать как местных, так и иноземных животных, при этом тщательно передавая их характерные черты, что вызывало восхищение естествоведов, хотя, как доказал Каймер, их наблюдательность в некоторых отношениях была довольно ограниченна. Суть дела в том, что, когда художники, украшавшие гробницы, изображали сцены, связанные со скотоводством, охотой и стрельбой, они извлекали из моделей то, что другие мастера наблюдали в реальной жизни, и не всегда совершенно точно эти модели копировали.

Египетские врачи славились во всем Древнем мире. В Мемфисе занимались медициной уже в глубокой древности. В надписи, к сожалению находящейся в очень плохой степени сохранности, говорится, что, когда архитектор пирамиды Неферкара пал жертвой жары, царь, присутствовавший тогда на стройке, приказал вызвать докторов и привезти медицинские тексты. Как правило, врачами были жрецы Сехмет, богини эпидемий. Одного из докторов Сахура звали Живущим для Сехмет. В гораздо более поздний период доктор из Саиса пользовался огромной благосклонностью Камбиза.

Знания о египетской медицине мы черпаем из различных текстов, написанных на папирусах: Эдвина Смита, Эберса, Херста и на других.

С самого начала ясно, что египтяне различали повреждения, полученные в результате удара, падения, какого-либо несчастного случая или болезней, причины которых почти всегда оставались неизвестными.

Трактат по хирургии, фрагменты которого известны нам по папирусу Эдвина Смита, свидетельствует о том, что египтяне предпринимали попытки классификации знаний о медицине. Человеческое тело методично изучали от головы до позвоночника, что разительно отличалось от обычного коктейля из рецептов. В каждом случае приводится описание ситуации, симптомы заболевания и диагноз, дается прогноз: положительный, неопределенный или неутешительный – и наконец приводятся лечение и прочие относящиеся к делу замечания. Современные хирурги утверждают, что точность этих прогнозов поразительна. В тексте папируса ничего не говорится о божественном вмешательстве. Амбруаз Паре утверждал: «Я перевязал его раны, а Господь вылечил его». Его древнеегипетский предшественник, живший в стране, славящейся благочестием, не делал подобных заявлений. Различные болезни описаны очень четко, хотя предлагаемое лечение может показаться ненадлежащим. Египетские хирурги верили, будто время – прекрасный врачеватель, и нередко прописывали лишь особую диету, которая в то время была лучшим из того, что они могли сделать. В серьезных случаях врачи прибегали не к консервативному лечению, а к хирургическому вмешательству. Основным методом, применявшимся египетскими докторами, был эмпиризм. Первые ученые, составлявшие комментарии к этому весьма примечательному письменному источнику, верили, что глава, озаглавленная «Как превратить старика в юношу» и написанная на оборотной стороне папируса другим почерком, не имеет ничего общего с остальным трактатом. Так как этот текст довольно невразумителен, исследователи считали, что перед ними магическое заклинание. В действительности это формула очень дорогого косметического средства, которое, как считалось, убирает морщины, угри и другие безобразные дефекты кожи. Название средства вызывает не больше удивления, чем рекламные тексты о современных косметических кремах.