Читаем Вечный Египет. Цивилизация долины Нила с древних времен до завоевания Александром Македонским полностью

Иероглиф, обозначенный в списке Гардинера как V 9, представляет собой очень схематичное изображение картины мира. Он представляет собой окружность, представляющую собой границы области, освещенной лучами солнца, и надежно прикрепленную к черте, ширина которой в середине немного увеличивается и которая олицетворяет землю. Этот знак нередко помещали в лапы священного сокола или стервятника, а сфинкс, символ Харахте, помещал на него свои когти.

ЕСТЕСТВЕННЫЕ НАУКИ

Говоря об истории как о литературном жанре, я отметил, что особенно важные события, такие как закладка храма или торговые экспедиции и военные походы, старательно описывались, а сами тексты с рассказом о них хранились в Доме жизни. Египтяне по-своему были историками и в определенных узких рамках всегда интересовались географией и стремились лучше узнать свою собственную, а также соседние страны. Это объясняет причину, по которой в специальных учреждениях записывали важные сведения о каждом отдельном номе, а также вырезали соответствующие надписи на стенах храмов. К числу этих данных в первую очередь относилось название нома, затем наименования города, считавшегося его столицей, второго по значимости культового центра, реки или канала. Указывались пригодные для ведения сельского хозяйства земли, пеху (границы), внутри которых собирали воду, принесенную разливом Нила, и площадь поверхности. Затем приводилась информация о жрецах и жрицах, священной ладье, местных празнествах, ритуальных запретах и духе – защитнике нома. Однако об экономических факторах, приведших к процветанию такие города, как Асуан или Копт, в этих источниках ничего не говорится. Географические знания сводились к спискам названий и титулов. Когда речь шла об иноземных странах, египтяне стремились запомнить их названия и основные производимые в них продукты. Также жителей долины Нила интересовало, откуда эти народы получают воду – из природных источников, Нила или благодаря выпадению осадков. Превосходные рельефы, изображающие экспедицию в Пунт и покрывающие стены террасы храма в Дейр-эль-Бахри, а также украшающие храм Сахура и посвященные Ливии, свидетельствуют, что египтяне прекрасно знали, как выглядят и как одеваются жители этих регионов, а также были хорошо знакомы с местными флорой и фауной. Нам известно, что еще до того, как отправиться к бирюзовым рудникам, инженеры знали, что лучше начать работу до пика летней жары. В источниках, имеющихся в нашем распоряжении, ничего не говорится ни о географическом расположении других стран, ни о маршрутах, позволяющих быстрее добраться до них. Однако данные об этом, очевидно, еще начиная с эпохи Древнего царства все же были доступны тем, кто в них нуждался. Удовлетворенные тем, что они уже знают, египтяне, хотя и понимали, что мир простирается гораздо дальше тех пределов, которых они когда-либо надеялись достичь, по большому счету не стремились совершать путешествия на большие расстояния. В нашем распоряжении нет свидетельств о том, что они когда-либо добирались до слияния Белого и Синего Нила. В Саисский период общеизвестным фактом считалось то, что подъему уровня Нила способствует дождь, который выпадает над горой Пунта. Феномен разлива не могли объяснить даже греки, очень интересовавшиеся его причинами.

Однако не следует забывать, что в правление Рамсеса III мореплаватели отправились в Пунт по маршруту отличному от традиционного. Геродот пишет об экспедиции, члены которой могли отправиться в путь, движимые характерной для ученых пытливостью. Нехо, закончив ремонт канала, ведущего в Красное море, хотел знать, окружена ли Ливия (иными словами, Африка) морем со всех сторон. Он приказал своим морякам-финикийцам выйти из Баб-эль-Мандебского пролива и вернуться через Средиземное море. Путешествие продлилось три года, и однажды мореплаватели увидели восходящее солнце слева. Эту поездку нельзя сравнить с достижениями Христофора Колумба и Марко Поло. Однако в истории исследований обязательно должно найтись место для Хену и всех других моряков, «которые видели небо и видели землю».

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги