Великая княгиня Елизавета Федоровна. И земная, и небесная

Зима 1890 года отметилась еще одним важным событием, связанным с иным поветрием. Оспа на протяжении столетий считалась страшной заразой, от нее умирало больше половины заболевших. В их число попал и один из царей Романовых – государь Петр II скончался от оспы, не дожив до пятнадцати лет. С 1801 года в России стали делать прививки, но первые обязательные вакцинации для детей при поступлении в школу были проведены лишь в 1885 году. Через пять лет стали прививать все население империи Александра III. Дошло и до Эллы с Сергеем. «Мы все привили себе оспу – у жены и меня привилась, и то же у моих офицеров, которые вместе с нами прививали себе. Это было очень смешно; привезли к нам целого теленка». Вакцину изготовляли прямо на месте из вируса коровьей оспы на коже телят и тотчас вводили ее. Если через несколько дней появлялись озноб и недомогание, повышалась температура, а на месте прививки возникал гнойничок, это означало, что вакцинация удалась. Через две-три недели все проходило, а на месте гнойничка образовывался круглый или овальный рубец, означавший, что отныне человек невосприимчив к оспе. Такую метку на дельтовидной мышце плеча носим и мы, люди, родившиеся до 1980 года[1]. С 1977-го оспа считается ликвидированной на всем земном шаре, и теперь по наличию или отсутствию круглого рубца на руке под плечом можно судить, когда ты появился на свет – до или после московской Олимпиады. Впрочем, сейчас оспа возвращается, и медики подумывают о том, чтобы вернуть поголовную вакцинацию.

Еще одним событием той зимы стала новая опера Чайковского «Пиковая дама». Сергей и Элла трижды с восторгом прослушали ее еще до премьеры, во время генеральных репетиций, в присутствии Александра III. Германа пел знаменитый тенор Николай Николаевич Фигнер, из техФигнеров, среди которых и знаменитый герой войны 1812 года. Накануне первой репетиции он упал и до самой премьеры пел с загипсованной рукой. Мировая премьера состоялась 19 декабря в Мариинском театре. Дирижировал чешский композитор и дирижер Эдуард Направник. В Россию его в 1861 году пригласил отец Эллиной подруги князь Николай Юсупов. С тех пор Направник жил в России, был у Юсупова капельмейстером домашнего оркестра, а с 1869-го и до самой смерти в 1916 году Эдуард Францевич являлся главным дирижером Мариинки.

Кроме оперы Сергей и Элла ходили в цирк, посещали балы: «В субботу 15-го был кадетский бал – 500 приглашений! Мы танцевали в их огромном зале, ужинали в опустевших комнатах, очаровательно убранных». «Наши жены усердно отплясывали; ужинали, сами гардемарины подавали блюда – вообще было очень мило – в 3 часа ночи были дома». «Вчера в Гатчине на большой сцене: Миша, Ольга, все Владимировичи и Алексей Михайлович играли французскую пьесу; ну, право, было уморительно, мы хохотали до упаду».

И это при том, что шел Рождественский пост, и не надо делать из Эллы и Сержа той поры людей, строжайше соблюдающих церковные запреты, ведь увеселения – и балы, и театры, и цирки, и в особенности картишки во время постов возбраняются так же, как скоромная пища.

Но именно в это время дозревает плод, столь желаемый Сергеем – решение Эллы о переходе в Православие.

«У нас в разгаре подготовка рождественских подарков, и, конечно же, мы ужасно заняты. Среди прочего я нашла для милого Сержа старинные часы, которые кроме других мелодий играют Преображенский марш – это уж точно его позабавит», – из письма Эллы цесаревичу Николаю от 17 декабря 1890 года. Но кроме старинных часов Сержу на Рождество Христово был уготован куда более важный и ценнейший подарок.

Об этом лучше всего говорит сама Элла в письме цесаревичу от 5 января 1891 года: «Милый Ники! Первые мои строки, посланные тебе в новом году, надеюсь, принесут новость, которая доставит тебе удовольствие. Я наконец решила присоединиться к вашей вере и хочу это сделать к Пасхе, чтобы иметь возможность причаститься на Страстной неделе. Я предпринимаю великий шаг, начинаю новую жизнь, но верю, что Господь благословит такое решение. Помнишь тот день, когда мы разговаривали на балконе во внутреннем дворике? Ты в первый раз тогда заговорил о Пелли – для меня этот день тоже был важным, потому что потом Серж впервые заговорил со мной о своей вере. Я тогда ответила, что хотела бы узнать ее более основательно. Что ж, прошло полтора года, тем летом я много читала вместе с ним, но потом снова настали месяцы сомнений и тревог. Я все откладывала, хотя au fond de mon coeur (в глубине души. – Авт.) уже принадлежала к вашей вере. Увы, я очень дурная и не имела довольно силы, довольно веры. Но в конце концов я осознала, как безнравственно отстраняться от беспокойств и мучительных разговоров со старыми друзьями – а я продолжала беседовать с ними как ни в чем не бывало – и быть пред всем светом протестанткой, когда моя душа уже принадлежала православной вере. Это была ложь перед Богом и людьми, очень большой грех, и я в нем сердечно раскаиваюсь».