Вена. Полная история города

Многие россияне считали, что Вену, несмотря на ее немецкий язык, нельзя считать германским городом. Например, писательница и педагог Е.Н. Водовозова, несколько раз бывавшая в Вене, писала: «Сильно ошибаются те, которые думают, что в австрийцах вообще есть что-нибудь немецкое; еще меньше черт немецкого характера можно отыскать в венцах».

Для россиян Вена – это всегда был некий симбиоз культур: немецкой, славянской, венгерской и даже итальянской, что придавало городу совершенно неповторимый колорит. В нем сочетались немецкий педантизм и славянская душевность, венгерская экспрессивность и итальянский эстетизм.

Но, что удивительно, в 70–80-е годы XIX века в отзывах россиян доминировали негативные оценки венской гастрономии: мясо и мясные изделия – полусырые и невкусные, с ненужным обилием зелени, супы – нечто напоминающее неправильную яичницу, спиртное – дрянь, а водку лучше не просить… Чай заказывать вообще не рекомендовалось. Вот, напаример, что писал в своих «Путевых заметках» русский переводчик древних классиков Александр Семенович Клеванов (1826–1889): «Вообще, оставив Россию, откажитесь от чая, хороших французских вин и хорошего курительного табака. Особенно в Австрии этого всего не спрашивать; возьмут дорого, а дадут ужасную дрянь».

С другой стороны, даже самые непримиримые критики венской кухни признавали неповторимый вкус венского кофе.

На самом деле, не стоит всерьез воспринимать большую часть подобного клевановскому рода опусов. Здесь проявляется типичное культурное противостояние. Просто все дело в том, что, когда россияне c 1870-х годов стали в массовом порядке осваивать Европу, открылась полная несовместимость русской и европейской кухни. «Сырое» мясо Вены просто отражало стиль приготовления мясных блюд в Австрии, не предполагавший лишнюю жарку или переварку блюд, чтобы мясо не потеряло свои вкусовые качества. А супы, похожие на яичницу, – это супы-пюре, к которым «массовый россиянин» оказался совершенно не готов. Ну, и самое забавное – это то, что долгое время показателем «дикости» Вены у многих россиян являлось отсутствие в местных гостиницах и в кафе самоваров. В начале ХХ века критические выпады в адрес венской кухни практически исчезли.

Антон Эберт. У красивого фонтана. XIX век

Но дело было не только в несовместимости кухонь. При доминировании положительных воспоминаний о Вене встречались и более серьезные критические замечания. Вот, например, что отмечал журналист и путешественник Николай Николаевич Лендер (1864–1924), писавший под псевдонимом «Путник»: «И вот, наконец, вы в Вене, в этой казарменно-холодной после мягкого изящества и теплоты Италии». Или вот еще его оценка, сделанная в 1908 году: «Деспотическое господство австрийцев над разноплеменными народами теперь уже не так прочно, как это было раньше».

С другой стороны, музыкальная жизнь Вены всегда завораживала россиян. Обилие театров, вальсы Штрауса, музыка других композиторов на каждом шагу… Е.Н. Водовозова писала: «Венцы – народ в высшей степени музыкальный, и эта страсть к музыке дает себя чувствовать уже с раннего утра».

Русские люди ездили в Вену не только за впечатлениями. Например, русский писатель Иван Сергеевич Тургенев (1818–1883) был в Вене четыре раза. Первый раз – ребенком, когда его семья выезжала за границу в 1822–1823 годах. Тогда семья Тургеневых совершила путешествие в Европу, во время которого четырехлетний Иван чуть было не погиб в Берне, сорвавшись с перил рва с медведями. Его спас отец, поймав за ногу.

Затем Иван Сергеевич приезжал в Вену уже взрослым человеком. Он путешествовал по западным странам в 1840 году и побывал в Вене, Риме, Неаполе, Пизе, Генуе, Франкфурте-на-Майне, Берлине и Дрездене.

В Вене И.С. Тургенев был во второй половине января – начале февраля. А впоследствии он приезжал в Вену для врачебных консультаций. В Вене же он работал над романом «Дворянское гнездо», о котором писал Н.А. Некрасову, что надеется привезти весной «штуку, которая выйдет очень порядочно или из рук вон плохо».

Известно, что И.С. Тургенев страдал депрессией, пребывал в вечной печали и неудовлетворенности собой. И вот 26 марта (7 апреля) 1858 года он приехал в Вену для консультации с известными докторами Карлом Людвигом Зигмундом и Иоганном фон Оппольцером.

26 марта (7 апреля) 1858 года Иван Сергеевич писал литературному критику и мемуаристу П.В. Анненкову из Вены: