Вена. Полная история города

Это был Его Апостолическое Величество, старший член дома Габсбургов, царствующий император Франц-Иосиф. Он был совершенно один и шел прямо к расположенным на лужайке столам, за которыми сидели венские сапожники. Император подошел и у первого стола сел на скамейку с краю, рядом с высоким работником в светло-серой блузе, а толстый кельнер в ту же самую секунду положил перед ним на стол черный войлочный кружочек и поставил на него мастерски вспененную кружку пива. Франц-Иосиф взял кружку в руки, но не пил; пока длился танец, он все держал ее в руке, а когда чардаш был окончен, император молча протянул свою кружку к соседу. Тот сразу понял, что ему надо сделать: он чокнулся с государем и сейчас же, оборотясь к другому соседу, передачею чокнулся с ним. С этим враз, сколько здесь было людей, все встали, все чокнулись друг с другом и на всю поляну дохнуло общее, дружное «Hoch!» Император осушил кружку за единый вздох, поклонился и ушел.

Непосредственно о Вене Н.С. Лесков писал так:

Это было в конце мая или в начале июня. Поезд, в котором я ехал, привез меня в Вену около четырех часов пополудни. Квартиры мне для себя не пришлось отыскивать: в Киеве снабдили меня рекомендациею, избавлявшею от всяких хлопот. Я, как приехал, так сейчас же и устроился, а через час уже привел себя в порядок и пошел к моей соотечественнице.

В этот час Вена тоже сделала свой туалет: над нею прошел сильный летний дождик, и потом вдруг на совершенно голубом небе засверкало лучистое солнце. Красивый город, умывшись, смотрел еще красивее.

Улицы, которыми вел меня проводник, все казались очень изящными, но по мере того, как мы подвигались к Леопольдштадту, изящество их становилось еще заметнее. Здания были больше, сильнее и величественнее.

А вот Николай Алексеевич Некрасов (1821–1878) всю жизнь страдал болезнью горла. В 1856 году он прибыл в Вену, чтобы посоветоваться с врачами. Иностранными языками поэт не владел, и родственники даже беспокоились – вдруг заблудится. Однако Некрасов оказался в полном восторге от города. Он писал родным:

Вот выгодно не знать ни одного языка: я заговорил на всех вдруг. Как – это другое дело! Но понимают, причем нужно соблюдать только одно правило: держать кошелек постоянно открытым.

Мрачное настроение духа, в котором Некрасов находился с тех пор, как у него заболело горло, исчезло. Он с любопытством осматривал город, ездил по театрам и словно забыл, зачем приехал в Вену. А вот после встречи с доктором поэт вновь впал в уныние. Венская знаменитость нашла его болезнь очень серьезной, предписав строжайший режим и велев ему ехать на зиму в Италию.

Десять лет спустя о венской поездке Некрасов упомянул в стихотворении «Железная дорога»:

Видел я в Вене Святого Стефана,Что же… все это народ сотворил?