Венеция. Полная история города

Продажу рабов неверным осуждали папы и императоры как по религиозным, так и по политическим соображениям; дожи издавали суровые декреты, запрещавшие такую торговлю. Но эти декреты чаще всего не исполнялись.

Голубая кровь венецианских купцов

С момента зарождения и до начала XIII века Венецией управляли исключительно патриции, которые не только занимались государственными делами, но и почти монопольно контролировали морскую торговлю. Это было довольно необычно для европейской знати того периода, питавшей отвращение к труду, особенно физическому. Но в Венеции даже дожи могли нажить состояние на вложениях в морскую торговлю. Джустиниано Партечипацио в IX веке, а позже, в XII веке, Себастьяно Зиани вошли в историю как проницательные инвесторы, построившие на морской торговле личные финансовые империи. Правящий класс лагуны, защищая и регулируя морские перевозки, защищал интересы как городских купцов, так и свои собственные.

Во времена, когда система mude только зарождалась, две из трех знатных семей Венеции участвовали в галерной торговле, а более трети из них были «патронами». К середине 1400-х годов у 60 % галей патрон владел большей частью акций, один или вместе со своими братьями и сыновьями. В среднем семья патрона владела 56 % акций. Чаще всего патрон происходил из особо знатной семьи.

В 1445–1452 годах 85 % акционеров вкладывали средства в единственную галею. То есть, чтобы стать мажоритарным акционером галеи, дворянин должен был отказаться от идеи диверсификации рисков и сосредоточить свои инвестиции. Но уже к 1500 году считалось обычным делом, когда одна семья или небольшая группа семей контролирует все корабли конвоя.

Требования к капиталу для галерной торговли были очень велики. Выигрышная ставка на аукционе галер в 1332–1345 годах составляла в среднем 793 дуката. Но это была самая незначительная статья расходов в общей стоимости фрахтования галеры, которая к концу 1400-х годов достигала 9200 дукатов (что эквивалентно 33 кг чистого золота).

В дополнение к расходам на навигацию необходимо было оплатить заработную плату и продовольствие для экипажа численностью более 150 человек на время от пяти до 11 месяцев. Но и эти расходы были ничтожно малы по сравнению со стоимостью фрахта, которая в начале 1400-х годов часто оценивалась более чем в 150 тысяч дукатов. В раннюю эпоху mude эти огромные авансовые расходы делились между многими купцами, как знатными, так и простолюдинами, и финансировались за счет большого количества акционеров.

Однако в течение следующих 150 лет небольшая группа дворян монополизировала галерную торговлю. Чтобы понять, как это произошло, надо разобраться, как она финансировалась. Как уже было сказано, каждая галера целиком продавалась с аукциона одному нобилю-патрону, который, в свою очередь, делил ее на 24 доли для 24 акционеров. Это было необходимо, потому что даже самые богатые семьи не могли позволить себе высокие первоначальные капитальные затраты.

Управление всей muda требовало огромных финансовых ресурсов, и в 1400-х годах появилось уникальное решение. Члены семьи, как правило, братья, накапливали капитал внутри семьи. Поскольку даже этих средств едва хватало, чтобы контролировать одну или несколько галер, заключались брачные союзы с другими могущественными семьями, и дополнительный капитал накапливался уже внутри такого союза.

46 галер, отправленных в Левант с 1519 по 1528 год, имели в среднем всего двух акционеров, несмотря на стоимость груза от 150 тысяч до 200 тысяч дукатов за галеру. В списках акционеров после 1500 года преобладают фамилии Контарини, Лоредан, Пизани, Приули, Морозини. В 1495–1529 годах 30 человек из 17 знатных семей владели 38 % всех долей в галерах различных mude. Причем семьи акционеров практически каждой галеры были связаны узами брака. Братья Альвизе, Андреа и Пьетро Марчелло владели всеми 24 акциями muda Trafego в 1496 году.

Возвышение этой сверхбогатой элиты и воплотилось воочию в богато украшенных палаццо, которые в этот период начали строиться вдоль Канала Гранде.

Трезвость, предусмотрительность и проницательность

Купцы, и это принципиально важно, были не простыми искателями богатства на службе своего кошелька, а (очень часто) образованными патрициями. Торговлю они использовали для заключения союзов и сбора полезной информации, фактически шпионажа. По маршруту mude от Фландрии до Черного моря продавалось товаров столько же, сколько информации, и плавали, столько же торговцев, сколько тайных агентов, а чаще – и те и другие в одном лице.

Венецианская разведывательная сеть не знала территориальных границ и пределов вербовки: каждый гражданин мог быть шпионом, и каждая тайна – от интриг чужих дворцов до промышленных секретов – достойна быть украдена для дожа. Эти сети были непроницаемы извне и управлялись Советом Десяти.