Вячеслав Молотов. От революции до Перестройки.

Молотов сообщил Шуленбургу, под каким соусом будет подаваться советский поход на Запад: советское правительство намеревается заявить, «что Польша разваливается на куски и что вследствие этого Советский Союз должен прийти на помощь украинцам и белорусам, которым „угрожает“ Германия. Этот предлог представит интервенцию Советского Союза благовидной в глазах масс и даст возможность Советскому Союзу не выглядеть агрессором»[545]. Получалось, что СССР все же считает Германию агрессором. Под давлением немцев утверждение об угрозе с их стороны пришлось заменить пацифистским тезисом об угрозе войны для мирного населения Украины и Белоруссии.

С введением 1 сентября закона о всеобщей воинской повинности СССР мог проводить неограниченную мобилизацию. 6 сентября в западных военных округах было призвано 2,6 млн человек. Сосредоточение советских войск было назначено на 11 сентября, а днем раньше Политбюро постановило, что Молотов должен руководить Комитетом обороны, который занимался обеспечением вооруженных сил техникой, вооружениями и транспортом. Экономическим советом, координирующим работу остального хозяйства, теперь поручалось руководить Микояну. Это решение подчеркивало приоритетность военно-промышленных задач – ведь Молотов обладал и полномочиями председателя Совнаркома. Впрочем, Экономический совет тоже должен был печься об обороне, снабжая вооруженные силы продовольствием, вещевым и обозным довольствием, горючим и др.

Когда все было готово для удара с востока, 14 сентября «Правда» выступила с программной статьей о причинах поражения Польши, где разоблачала угнетательскую политику польского руководства в отношении народов, единородных советским. Вывод напрашивался сам собой: «Многонациональное государство, не скрепленное узами дружбы и равенства населяющих ее народов, а, наоборот, основанное на угнетении и неравноправии национальных меньшинств, не может представлять крепкой военной силы»[546].

Впоследствии официальная пропаганда назовет последнюю советско-польскую войну «мирным освободительным походом». Но в войсках, которые готовились к «мирному походу», никаких иллюзий не было – предстояла «революционная, справедливая война»[547]. Советские военные были полны оптимизма – накануне Красная армия окружила и разгромила японскую армию у Халхин-Гола, расквитавшись за позор 1905 года. Теперь можно расквитаться и за поражение 1920 года в советско-польской войне.

После многодневных споров Молотов 16 сентября договорился с японским представителем Того об урегулировании пограничного спора на Халхин-Голе. В этот же день немецкие клещи замкнулись у Бреста, Польша потерпела поражение. Теперь Сталин решил, что настал час получить «свою часть» Речи Посполитой.

В ночь на 17 сентября Сталин, Молотов и Ворошилов вызвали к себе Шуленбурга и других германских представителей, чтобы предупредить их о переходе Красной армии через польскую границу. Было важно предотвратить германо-советские военные столкновения и соблюсти старые договоренности.