Читаем Видима и свободна. Книга для женщин полностью

В этой главе мы обсудим наши чувства, время и ценность. Как вернуть себе право испытывать любые чувства, а не только те, которые одобряет общество? Как найти баланс между трудом и отдыхом, временем на других и временем на себя? Как замечать свои достижения и помнить о собственной ценности? Поговорим об этом.

Чувства

Злость

Многих девочек в семье приучают не испытывать и не показывать недовольство, злость и гнев.

Лучше всего помню, что обвиняли за взгляд, что «волком смотрю». Это бывало в основном в момент, когда меня ругали. Видимо, я при этом должна была лучиться кротостью и добротой, не знаю. Обижало больше всего то, что упрекают за что-то, что я не могу контролировать, я же не специально «волком смотрела», я даже не знала, что у меня какое-то не такое выражение лица, и я ничего не могла с этим сделать.


Гнев, ярость, даже просто плохое настроение [мне в семье] запрещались. Любые истерики, слëзы прекращались физически. Пощëчина, окатить водой из ведра, а когда поменьше была — макали в ведро. И пословица эта мерзкая «ласковое дитя двух маток сосëт» — ненавижу её.

Если женщина выражает «плохие» чувства — её могут осудить, оскорбить, высмеять, припугнуть непригодностью для близких отношений и даже ударить.

«Не хмурься, замуж никто не возьмёт», «Женщина должна быть спокойной, только так она может управлять обстоятельствами». И наше всегдашнее, бесценное — НЕ ЕШЬ С НОЖА, БУДЕШЬ ЗЛОЙ!


Вот что часто слышала от мужчин, если злилась, так это фразу «У тебя что, ПМС?». Что, конечно, отвратительно, поскольку это значит, что в обычном состоянии я не имела права на гнев.


Отец моей злости совершенно не выдерживал. Когда я пыталась себя как-то отстоять, повышала голос или что-то язвительное говорила, он мог ударить меня по лицу. Не скажу, что такое было сильно часто, но при таком раскладе я, видимо, нечасто что-то отвечала.

К чему может привести сдерживание недовольства, злости и гнева? Иногда страдает здоровье: и физическое, и психическое. Иногда женщины срываются и бесконтрольно выплёскивают злость — или наружу, или на себя. Иногда разучиваются понимать, что чувствуют и чего хотят. Иногда не умеют постоять за себя.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное