Читаем Виртуальный ты. Как создание цифровых близнецов изменит будущее человечества полностью

Исследователи используют данные о группах населения, созданные на основе демографических данных, чтобы понять социальные, экономические и экологические факторы, влияющие на здоровье. Представьте себе, какие возможности откроются перед нами, если эпидемиология и моделирование заболеваний смогут опираться на идеи, полученные в результате исследований ансамблей цифровых двойников, от распространения виртуальных пандемий до лечения сложных заболеваний, таких как рассеянный склероз[600] и рак.


Рисунок 51. Виртуальная популяция скелетов (IT’IS Foundation)


Но по мере того, как мы интегрируемся с нашими цифровыми копиями и они становятся все более похожими на нас, могут возникнуть другие проблемы: что будет с нашими близнецами, когда мы умрем? Должны ли мы пожертвовать их науке, или семьи захотят оставить их себе, потому что каким-то невыразимым образом эти близнецы содержат в себе квинтэссенцию их близких?

<p>За гранью нормы</p>

Виртуальные люди поставят перед нами множество новых вопросов, как философских, так и этических. Как и в любом аспекте медицинских данных, потребуются консультации, чтобы помочь людям в них разобраться, а также государственные механизмы для защиты прав всех тех, у кого есть виртуальные близнецы. Как упоминалось ранее, постоянные проблемы конфиденциальности, возникшие в контексте геномики, в эпоху Виртуального человека станут еще более актуальными.

Но нам также нужна открытость. Учитывая, что эта технология будет доступна не всем, также должна быть прозрачность в отношении использования данных и получаемых выгод. Некоторые из организаций, например, Королевское общество и Британская академия, призвали к созданию набора принципов высокого уровня для формирования всех форм управления данными, обеспечивая надежность и доверие к сбору и использованию данных в целом[601]. Как уже было замечено на примере машинного обучения, если в данных, используемых для создания виртуальных близнецов, существуют предубеждения к конкретной группе людей, ИИ может относиться к ней неоптимально, что усугубит существующие расовые или социальные предубеждения[602].

Возникнет вопрос и о том, в какой степени вы сможете принимать решения и в какой степени они будут определяться симуляциями и цифровыми двойниками, которые предлагают лучший подход к образу жизни и лечению. В результате развития технологий цифровых двойников различия между нами станут очевиднее, что, несомненно, приведет к новым видам предвзятости в отношении бедных – тех, у кого нет виртуальных людей, – что, возможно, приведет к совершенно новым видам дискриминации.

Рост объемов больших персональных данных и неправильное использование искусственного интеллекта могут проложить путь к антиутопической сегментации общества, вызванной преднамеренной или непреднамеренной дискриминацией, что уже признано широко распространенным[603]. Рост числа цифровых двойников подчеркнет важность управления персональными данными. Их конституция, а также их социальное и юридическое управление, скорее всего, будут основаны на новом союзе между нашим цифровым и биологическим «я», защищенном государством[604].

Нам также придется заново задуматься о том, что значит быть «здоровым» и «нормальным». Вместо того чтобы укоренять значение этих терминов в том, как мы выглядим и чувствуем себя сейчас, эти определения станут зависеть от того, как стареют наши цифровые двойники, способные предоставить яркие и подробные доказательства влияния нашего образа жизни на ближайшие годы. Человека, считающегося здоровым по сегодняшним стандартам, можно будет рассматривать как нездорового, страдающего «бессимптомным заболеванием» или, возможно, «бессимптомно больного», если данные о состоянии его здоровья предполагают, что он мог бы прожить значительно дольше, изменив свой образ жизни, диету или начав использовать имплант или лекарство[605].

Перейти на страницу:

Все книги серии Научный интерес

Зачем мы спим
Зачем мы спим

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон — это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему».

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях
Зачем мы спим. Новая наука о сне и сновидениях

До недавних пор у науки не было полного представления о механизмах сна, о всем многообразии его благотворного влияния и о том, почему последствия хронического недосыпания пагубны для здоровья. Выдающийся невролог и ученый Мэттью Уолкер обобщает данные последних исследований феномена сна и приглашает к разговору на темы, связанные с одним из важнейших аспектов нашего существования.«Сон – это единственное и наиболее эффективное действие, которое мы можем предпринять, чтобы каждый день регулировать работу нашего мозга и тела. Это лучшее оружие матушки-природы в противостоянии смерти. К сожалению, реальные доказательства, разъясняющие все опасности, которым подвергаются человек и общество в случае недосыпания, до сих пор не были в полной мере донесены до людей. Это самое вопиющее упущение в сегодняшних разговорах о здоровье. Исправить его как раз и призвана моя книга, и я очень надеюсь, что она превратится для читателя в увлекательное путешествие, полное открытий. Кроме того, книга нацелена на пересмотр оценки сна и изменение пренебрежительного отношения к нему». (Мэттью Уолкер)

Мэттью Уолкер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Изобретение науки. Новая история научной революции
Изобретение науки. Новая история научной революции

Книга Дэвида Вуттона – история великой научной революции, результатом которой стало рождение науки в современном смысле этого слова. Новая наука – не просто передовые открытия или методы, это новое понимание того, что такое знание. В XVI веке изменился не только подход к ней – все старые научные термины приобрели иное значение. Теперь мы все говорим на языке науки, сложившемся в эпоху интеллектуальных и культурных реформ, хронологические рамки которой автор определяет очень точно. У новой цивилизации были свои мученики (Джордано Бруно и Галилей), свои герои (Кеплер и Бойль), пропагандисты (Вольтер и Дидро) и скромные ремесленники (Гильберт и Гук). Она дала начало новому рационализму, покончившему с алхимией, астрологией и верой в колдовство. Дэвид Вуттон меняет наше представление о том, как происходили эти знаковые преобразования.«Наука – программа исследований, экспериментальный метод, взаимосвязь чистой науки и новой техники, язык отменяемого знания – появилась в период с 1572 по 1704 г. Последствия этого видны до сих пор – и, по всей вероятности, не исчезнут никогда. Но мы не только используем технологические преимущества науки: современное научное мышление стало важной частью нашей культуры, и теперь нам уже трудно представить мир, в котором люди не говорили о фактах, гипотезах и теориях, в котором знание не было основано на свидетельствах и где у природы не было законов. Научная революция стала почти невидимой просто потому, что она оказалась удивительно успешной». (Дэвид Вуттон)

Дэвид Вуттон

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже