Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

В противоположность этим предсказуемым жалобам Алексей Макремволит написал «Разговор богатых и бедных», в котором привел ряд идей, которые вполне могли мотивировать фанатиков-зилотов. В этом интереснейшем тексте оратор от бедных обвиняет богатых в недолжном отношении и злых поступках: жадность, эгоистичная эксплуатация природы, ненасытная жажда хватать и накапливать как можно больше, предпочтение телесных ценностей духовным. В ответ оратор от богатых обвиняет бедных в воровстве, пьянстве, распущенности, клевете, зависти и убийстве. Бедный комментирует: «Средства приобретения денег ясны для умного человека: одни становятся богатыми благодаря знанию или торговле, другие – через воздержанность или грабеж, многим помогает разбогатеть власть, отцовское наследство или иные подобные средства. Другие же беднеют, наоборот, вследствие противоположных причин».[67]

Но его раздражают унизительные социальные меры, такие как отказ сидеть за одним столом, вести беседу с бедным, разрешение заключать браки богатым и бедным – последние уверены, что такая стратегия поможет бедности исчезнуть. Необходимо разделить изобилие богатых: «…смешением противоположностей можно было бы избежать этих крайностей и достичь необычайно целительной середины». Крайности он перечисляет: «Вашим является тонкое вино в золотых кубках, а нашим – прокислое старое вино в глиняных кружках. Вам – прекрасные златотканые одежды, нам – власяницы. Вам – различные изысканные кушанья, нам – грубый хлеб и соленая рыба. Вам – золотые монеты наилучшего качества, накопленные в изобилии в деревянных ларцах, нам – оболы из серебра и меди, да и те рассчитаны на каждодневное пропитание. …Вы имеете дорогие купальни; о вашей жизни заботятся лучшие врачи, для вас – лучшие лекарства, благовонные мази и душистые коренья из Египта. …У вас – первые места в собраниях, изобилие вещей и связанные с ними наслаждения, всеобщее благоговение и почитание, немедленное исполнение ваших желаний и множество всякого добра со всех концов земли и моря. Мы же, проводящие свою жизнь в постоянной нищете и бедности, не принимаем участия ни в одном из этих [удовольствий]. Ваша одежда меняется в соответствии со временем года и погодой, на нас же всегда одни и те же нищенские рубища, которые мы случайно имеем, – грязные и кишащие паразитами». Упоминает бедный и о пышных похоронах богатых с роскошными могилами, псалмами и песнопениями, горюющими родственниками и плачущими женщинами. А бедняка кое-как зароют в землю. Зато «скромные похороны являются предвестником прекрасного воскресения». Бедный упрекает богатого, говоря, что даже «евреи и магометане человеколюбивы и милосердны, а ученики Христа… бессердечны и скупы по отношению к единоплеменникам» и заслуживают того, чтобы их лишили благ в будущей жизни.

Макремволит никоим образом не был мятежником. Как и другие авторы XIV в., он принадлежал к группе литераторов, которые писали речи для произнесения при дворе и работали в гражданской администрации. Но его трактовка происходивших событий XIV в., особенно успеха турок, сделала его больше реалистом, чем всех остальных. Он интерпретировал разрушение купола церкви Св. Софии в 1346 г. как знак конца света (хотя купол быстро отремонтировали) и винил византийцев в греховной жадности и аморальном поведении.

«Разговор» – вымышленный текст, а вовсе не прямой рассказ о бедности в Византии. Но скорбные жалобы, вложенные в уста бедняка, так же как презрение богатея, не могли не отражать современные автору реалии. Многие из тех, кто присоединились к зилотам и другим силам, выступавшим против знати, недовольным чрезмерными богатствами, накопленными такими семействами, как Кантакузины, реагировали бы так же, как бедняк из «Разговора», на глубокую пропасть между имущими и неимущими. Исключительным является, пожалуй, продолжительный эффект восстания зилотов, которое вывело Фессалоники из-под контроля империи на семь долгих лет.

Со временем, однако, совет 12-ти разделился в вопросе о том, как быть с очевидным итогом гражданской войны. В феврале 1347 г. Иоанн Кантакузин вошел в Константинополь и заставил императрицу Анну пойти на компромисс, которым являлись отставка патриарха Калеки и женитьба юного Иоанна V Палеолога на дочери Иоанна VI Елене Кантакузине. Таким образом объединились две соперничавших семьи. Хотя некоторые сторонники Кантакузина были разочарованы тем, что император не основал свою династию. Оказавшись перед лицом таких перемен, зилоты продемонстрировали свою враждебность, предав публичному сожжению все приказы из столицы. Они предложили пригласить на роль лидера императора Стефана Уроша IV Душана, который уже называл себя императором сербов и греков, решив, что их собственная независимость будет под меньшей угрозой, если они примут сербского короля, чем если признают правителем Иоанна VI Кантакузина. Стефан Душан с большой радостью ввязался в склоку и отправил войска, чтобы взять под контроль город.