Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Это приглашение вызвало среди зилотов раскол, который подтолкнул Алексея Метохита к действиям против Андрея Палеолога. Он разгромил гильдию моряков, объявил о своей поддержке Кантакузина и отказался впустить сербов в город. Получив такую новость, Иоанн VI отплыл из столицы вместе со своим юным соправителем и выслал своего сына Матвея с армией, усиленной турецкими вспомогательными войсками. С помощью недовольного сербского офицера и турецких моряков он в 1350 г. вошел в Фессалоники, вынудив Андрея Палеолога искать убежища на горе Афон. Зилотов арестовали и выслали из города или отправили в Константинополь для суда. Иоанн V Палеолог, которого зилоты поддерживали, был объявлен императором, а Григорий Палама стал митрополитом города. В одной из первых проповедей он заклеймил мятежников, назвав их дикими зверями, и призвал к миру и гармонии под управлением династии Палеологов.

Иоанн VI Кантакузин был вынужден отказаться от общественной жизни – народ продемонстрировал явное неодобрение его политики – союза с турками. Он принял в монашестве имя Иоасаф и написал «Историю». Стараясь оправдать собственную роль в гражданской войне, он обвинил зилотов в чрезмерном насилии и представил их мятеж так: «Он распространился как ужасная зловредная болезнь, вызывающая такие же чрезмерности даже в тех, кто раньше были умеренными и разумными людьми… Все города присоединились к этому мятежу против аристократии, а те, кто задержались, старались наверстать упущенное, превзойдя примеры, показанные им другими. Они сохранили всю бесчеловечность и даже убийства. Бессмысленный порыв назывался бесстрашием, а отсутствие сочувствия и человеческой симпатии – верностью императору».[68]

Аристократов он характеризовал как истинную элиту, избранную по признаку хорошего происхождения бедняками, жаждавшими мести. Он также заявил, что средний класс был принужден поддержать мятежников. Полностью осудил насилие городской толпы константинопольский чиновник Феодор Метохит, который лишился почти всего имущества, когда его дворец подвергся нападению в 1328 г., то есть задолго до событий в Фессалониках. Позднее он восстановил и украсил церковь Спасителя в Хоре, где он изображен покровителем, облаченным в придворный костюм. Ясно, что зилоты сумели использовать народный гнев к людям, считавшимся в Византии супербогатыми. Но предсказуемым был и итог: богатейшие смогли восстановить свое богатство.

В последующей истории Фессалоник мать Иоанна V Палеолога Анна Савойская восстановила правление элиты. Эта женщина с 1351 г. до самой своей смерти в 1365 г. управляла городом, словно он принадлежал ей. Во время гражданской войны, когда ей не хватало денег, она заложила венецианцам драгоценности короны и получила ссуду в 30 тыс. дукатов, которые так никогда и не были возвращены. Среди последующих правителей города можно назвать юного Мануила II (император в 1391–1425 гг.), который был вынужден бежать в 1387 г., и его сына Андроника, который передал защиту города венецианцам в 1422 г. К этому времени Фессалоники находились в практически непрерывной блокаде турок, и венецианские чиновники оказались не более успешными, чем византийские, – в 1430 г. город пал. Практический опыт зилотов больше не использовался, но их семилетний эксперимент с более коллективной и народной формой правительства положил начало тенденции будущего: несколько итальянских городов уже приняли республиканские формы, и некоторые западные центры, такие как Барселона и Гданьск, следовали по их стопам. Торговая деятельность Фессалоник и гильдия моряков облегчили свержение естественного порядка, когда богатые правили бедными, а зилоты доказали, что Византия может порождать и мятежников, способных «отодвинуть» традиционное правительство, воспользовавшись социальными проблемами.

Почти в то же самое время, когда мятежники овладели Фессалониками, эффектный франкский замок Мистра, стоявший близ древней Спарты, стал новым центром византийской культуры. В 1348–1460 гг. Мистра была столицей Мореи и управлялась сыновьями императоров Константинополя, которые именовались деспотами. Гийом (Вильгельм) II Виллардуэн, четвертый правитель Ахейского княжества, основал этот замок в 1247 г. на горе Тайгет, возвышавшейся над средневековой Лакедемонией (Лаконией). В течение последующих сорока лет он неоднократно переходил из рук в руки. Следуя установившейся практике призыва внешних сил для поддержки государств крестоносцев, Гийом заключил союз с Карлом Анжуйским, правителем Неаполя и Сицилии, который унаследовал княжество после смерти Гийома в 1278 г. Чтобы противостоять серьезной угрозе, которую представляло такое развитие событий, Михаил VIII Палеолог организовал разные европейские союзы, которые в конечном счете привели к уничтожению французских войск в 1282 г. на Сицилии. Интриги, обеспечившие Верди великолепным либретто к его знаменитой опере «Сицилийская вечерня» (1855), также вызвали конкуренцию между Византией и Западом за контроль над Мореей. Но Мистра осталась византийским владением.