В Вест-Индии задача английского правительства состояла не в том, чтобы усмирить возмутившиеся владения, а в том, чтобы воспрепятствовать неприятелю воспользоваться многочисленными мелкими плодородными островами, сохранить за собою обладание ими и обеспечить им наивозможно большую свободу торговли, защищая от посягательств противника. Нет нужды повторять, что эта задача требовала превосходства в море над флотами неприятеля и над отдельными крейсерами – «уничтожителями торговли» (commerce destroyers), как их теперь называют. Никакая бдительность не позволила бы запереть все крейсера в портах, а потому в вест-индских водах приходилось держать британские фрегаты и малые суда, но для Англии, конечно, было бы лучше совсем прогнать оттуда французский флот, чем сопротивляться его действиям силами, не только едва равными, но зачастую откровенно уступавшими. При таких условиях Англия, вынужденная обороняться, постоянно рисковала понести потери. На деле она и потеряла, один за другим, большинство островов в неожиданных нападениях врага, а порой ее флоту приходилось укрываться в порту под прикрытием батарей; неприятель же, когда оказывался слабее, мог дожидаться подкреплений, зная, что ничем при том не рискует [310]
.Затруднительность положения Англии в Вест-Индии не сводилась только к этому. Близость островов к Американскому континенту всегда допускала, что наступающая сторона сумеет соединить свои флоты, находившиеся у разных берегов, прежде чем обороняющаяся сторона проникнет в ее намерения; хотя возможность такого соединения обусловливалась до некоторой степени состоянием погоды и временем года, события 1780 и 1781 годов показывают, насколько смущал этот вопрос способнейшего английского адмирала, ошибочность действий которого стала отражением неопределенности сведений о намерениях противника. Если к этому затруднению, присущему обороняющейся стороне во всех случаях, присовокупить еще заботу Англии об обширной торговле, на которую опиралось главным образом благосостояние ее владений, то придется признать, что задача британского адмирала в Вест-Индии была, мягко говоря, непростой.
В Европе сама Англия и Гибралтар подвергались серьезной опасности из-за ухода крупных британских эскадр в Западное полушарие, чему можно также приписать и потерю Менорки. Когда шестьдесят шесть линейных кораблей союзников столкнулись с тридцатью пятью английскими, причем больше этого количества Англия попросту не могла собрать, и загнали англичан в гавани, то утвердилось вражеское господство в Английском канале, о котором Наполеон говорил, что оно, вне сомнений, сделало бы его господином самой Англии. Тридцать дней французская эскадра в составе союзного флота, числом тридцать кораблей, крейсировала в Бискайской бухте, ожидая прибытия запоздавших испанцев; но ее ничуть не потревожил английский флот. Гибралтар бывал неоднократно на краю истощения, вследствие отсутствия сообщений с Англией, и спасением крепости англичане обязаны не военному флоту, силы которого правильно распределяло правительство, а искусству британских офицеров и неудовлетворительности офицеров испанских. При великом и окончательном спасении Гибралтара флот лорда Хоу состоял из тридцати четырех кораблей против сорока девяти союзных.