Внутри секты. Почему люди попадают под влияние культов и можно ли им помочь

В большинстве случаев, после получения такого условного подарка, выслушав просьбу, мы чувствуем себя добрыми самаритянами и стараемся дать что-то в ответ. В социальной психологии эта уловка называется «нога в дверях», она позволяет сподвигнуть вас на взятие еще больших обязательств. Со стороны вам кажется, что вы совершили добрый поступок и букетик в руках служит для вас доказательством благодарности вам, но на самом деле вы пожертвовали деньги культу, и школа тут выступает лишь простой декорацией.

Термин «добрый самаритянин» пришел к нам из библейской притчи Иисуса Христа и сейчас используется для обозначения доброго и бескорыстного человека, готового помогать каждому, кто попадет в беду.

Психологический феномен «нога в дверях» подтвердился в 1966 году в серии экспериментов американских психологов Фридмана и Фрейзера, которые смогли доказать наличие связи между выполнением человеком изначально незначительной просьбы, а затем вынужденным исполнением других, более обременительных требований по нарастающей.

В попытке понять, что есть зло, опасность и как они должны выглядеть, мы часто обращаемся не к реалистичным критериям, а опираемся на вымышленные или стереотипные представления, которые возникли у нас во время взросления под впечатлением от детских передач, мультфильмов, кино и т. п. А еще в нас природой заложен инстинкт выживания, из-за которого мы автоматически оцениваем угрозы и возникшие новые данные через наш древний «рептильный мозг», что сподвигает нас к реагированию без рационального осознания.

В подавляющем большинстве вербовщики или люди, которые вовлекают нас в культ, делают это ради высшего блага – ради вашего спасения, развития, обретения мудрости, духовного просвещения, даже бессмертия вашей души. Они улыбаются, у их групп часто нет вывесок, и они могут действовать под совершенно разными названиями: группа по изучению библии, компания друзей, спортивная секция, философская школа…

Разобраться в этом простому человеку очень сложно, так как эти люди и организации никогда вам не скажут, что тащат вас на конвейер по промывке мозгов, в свой психологический концлагерь или что им просто нужны ваши деньги. Нет, эти люди будут совершать добрые дела или говорить о том, что они их делают, например, будут имитировать бурную волонтерскую деятельность.

Так что привычных нам тревожных звоночков на стадии знакомства с вербовщиком и в процессе вовлечения в культ мы можем не услышать. Нас отвлекают, нас окружают вниманием и подталкивают к принятию определенных решений.

Подходы к определению понятия «культ»

Большинство культов и сект возникали в контексте мировых религий и духовных практик, и одними из первых, кто стал к ним присматриваться, были представители инквизиции, юристы, этнографы и, конечно, религиоведы. Психиатры и социальные психологи присоединились намного позже.

Кстати, знакомый советскому поколению, революционер-большевик Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич был еще и исследователем сект и культов в дореволюционной России. Он даже успел выпустить несколько академических публикаций в перерывах между своей революционной деятельностью.

И как часто бывает в академической среде, у религиоведов, психологов и правоведов сложились свои практики и то, как они воспринимают, типологизируют культы и их деятельность. Как вы понимаете, они отличаются друг от друга, что делает еще более запутанной попытку определить, что из них опасное для психологического здоровья зло, а что считается новой религией с необычными ритуалами и практиками.

Религиоведы смотрят больше на идеологию и ритуалы движения или организации и часто выступают защитниками новых религий. Это приводит к определенным конфликтам в их среде, которые выливаются даже в судебные прения или перепалки на конференциях и страницах СМИ. Хотя, конечно, есть и судебные эксперты-религиоведы, которые помогают доказывать, что под личиной религиозных практик скрываются манипуляторы и мошенники.