Военная разведка Японии против России. Противостояние спецслужб на Дальнем Востоке. 1874-1922

7 февраля 1920 г. советское правительство и командование чехословацкого корпуса подписали соглашение о порядке эвакуации его войск через Владивосток. Убытие американцев и белочехов весной – летом 1920 г. фактически означало, что Япония также должна была вывести свои войска из России в соответствии с декларацией о целях военной экспедиции в Сибирь от 2 августа 1918 г. В сложившейся ситуации 24 февраля 1920 г. кабинет министров Японии принял решение об эвакуации армии из Забайкалья и Приамурья на юг Уссурийского края и в полосу КВЖД и оставления их там под предлогом охраны от «экстремистов» сфер японского влияния в Корее, Маньчжурии и обеспечения безопасности проживавших в России японских колонистов⁴⁹⁸.

В связи с намеченным сокращением зоны ответственности экспедиционных сил 25 марта 1920 г. военное министерство издало приказ о реорганизации японских военных миссий на Дальнем Востоке, в Маньчжурии и Забайкалье, вернувшись к их разделению на головные и периферийные:

– Владивостокская – проведение оперативных мероприятий в зоне ответственности 13-й пехотной дивизии.

– Никольск-Уссурийская (с подчиненной миссией в Хабаровске) – проведение оперативных мероприятий в зоне ответственности 14-й пехотной дивизии.

– Харбинская (с подчиненной миссией в Хэйхэ, эвакуированной из Благовещенска) – проведение оперативных мероприятий в зоне ответственности Северо-Маньчжурского экспедиционного отряда.

– Читинская (с подчиненной миссией в Маньчжоули) – проведение оперативных мероприятий в зоне ответственности 5-й пехотной дивизии⁴⁹⁹.

С этого момента за ЯВМ закрепилась еще одна, не регулируемая никакими нормативными документами функция организации и проведения переговоров с различными группировками «красных» и «белых» сил по широкому спектру двусторонних вопросов. Естественное превращение миссий в дипломатические филиалы армии вызывало протесты со стороны МИД, однако наличие у сотрудников военной разведки обширной сети информаторов и личных контактов с белогвардейским командованием на Дальнем Востоке и в Забайкалье делали участие ЯВМ в переговорах неизбежным. Первой дипломатической практикой для них стало урегулирование владивостокской миссией последствий так называемого «николаевского инцидента», в результате которого 17 марта 1920 г. в Николаевске-на-Амуре погибло 700 японских граждан и военнослужащих.

Узнав о трагедии, 2 апреля по поручению командующего ВЭА заместитель начальника штаба армии генерал-майор Такаянаги предъявил ультиматум Приморской управе с требованиями прекратить деятельность политических организаций и тайных обществ, угрожающих безопасности японской армии, японских граждан и общественному порядку на Дальнем Востоке, в Маньчжурии и Корее, содействовать японским войскам в несении гарнизонной службы, заготовке продовольствия, транспортных перевозках и поддержании связи, соблюдать все ранее подписанные с японским и союзным командованиями договоренности, а также ввести цензуру в печати⁵⁰⁰.

На следующий день была образована согласительная комиссия. С японской стороны в нее вошли Такаянаги, начальник владивостокской миссии полковник Идзомэ Рокуро, его подчиненные капитаны Савада Сигэру и Андо Риндзо, сотрудник 2-го отдела штаба армии майор Хасэбэ Сёго и выполнявший обязанности переводчика преподаватель Военно-штабного колледжа профессор Хигути Цуяносукэ. После непродолжительной дискуссии 4 апреля стороны договорились о принятии японских условий⁵⁰¹.

Однако в ночь с 4 на 5 апреля японские войска напали на партизан и воинские части Приморской управы и заняли важнейшие населенные пункты по железной дороге от Владивостока до Хабаровска. При этом японцы целиком возложили ответственность за инцидент на русскую армию, которая, как сообщал 6 апреля начальник штаба ВЭА в военное министерство, «внезапно атаковала в 22.30 [наше] 1-е транспортное командование во Владивостоке»⁵⁰². Впрочем, это не помешало японцам возобновить 17 апреля переговоры с Временным правительством управы и подписать с ним спустя полторы недели соглашение о беспрепятственном пребывании японских частей в полосе Уссурийской и Сучанской железных дорог⁵⁰³.