Военно-политическая работа с массами (без. илл.)

Нет. Успех был лишь частичным. За два дня до запланированной даты, 26 января 1969 года, в Итапесерика-да-Серра, Сан-Паулу, были арестованы четыре наших товарища. Это произошло, когда они красили грузовик, необходимый нам для вывоза оружия из казарм, в цвета бразильской армии. На грузовике можно было бы вывезти около 400 автоматов FAL, пулеметы, минометы, боеприпасы. Всё, что вместилось бы. Мы — «Революционный авангард народа» — не собирались оставлять всё это только себе. Определённое количество оружия мы хотели передать другим организациям, которые также участвовали в вооружённой борьбе. Так как попавшие в плен товарищи были в курсе нашего плана, мы — ячейка в казармах — на следующий же день перешли на нелегальное положение, забрав с собой максимум того, что смогли унести в этой чрезвычайной ситуации: 63 автомата FAL, пулеметы INA, боеприпасы и так далее.

Бразильские власти говорят, что уничтожили «Революционный авангард народа». В том числе благодаря этим арестам. Это так?

Нет. Им не удалось разгромить «Революционный авангард народа» посредством репрессий. В первую очередь потому, что в полном соответствии со своими программными заявлениями группа была хорошо организована.

Январские аресты — отчасти из-за предательства одного из пленённых товарищей (остальные продемонстрировали исключительную выдержку), отчасти из-за недостатков в нашей организационной структуре — привели к цепи новых задержаний, которые прекратились лишь в марте. Важно отметить, что репрессивный аппарат определил нас в качестве главной цели, и из-за этого обращение с заключенными приобрело вид настоящего варварства. Применение электрогенераторов, «жердь для попугая»[4], прижигания, изнасилования соратниц. Некоторые из наших товарищей не выдержали таких пыток.

Но те, кто остался на свободе, поистине нечеловеческими усилиями восстановили организацию и подняли её на качественно новый уровень. В апреле 1969 года мы созвали конгресс, на котором дали критическую оценку нашей прошлой деятельности, пересмотрели политическую линию и, после широкого обсуждения во всех низовых структурах, избрали новое командование.

Но объявлялось, что тогда «Революционный авангард народа» был распущен...

Верно. Однако он был распущен только чтобы объединиться с КоЛиНа («Коммандос национального освобождения») и создать новую национальную организацию, лучше подготовленную для ведения революционной борьбы в Бразилии. Эта новая организация получила название «Вооружённый революционный авангард — Палмарес».

Тем не менее, объединение не было скоропалительным. Мы в течение почти двух лет вели переговоры с КоЛиНа — одной из групп, вышедших из «Полоп» («Рабочая политика», в настоящее время — Рабочая коммунистическая партия)[5]. Часть из нас, теперь уже бывших членов РАН, также когда-то состояла в «Полоп». Экс-КоЛиНа прошла через серьезный кризис, потеряла кадры, материальные и финансовые ресурсы и оказалась перед лицом необходимости полного обновления.

Слияние двух организаций отвечает задачам нового этапа, который переживает сейчас левое движение в Бразилии. Начавшийся в 1960 году непрерывный процесс обособления различных фракций в настоящее время сменил вектор на обратный. Теперь различные группы объединяются вокруг выбора того или иного политического пути, выбора, к которому принуждает нас революционный процесс.

Почему «Палмарес»?

В память о героической борьбе бразильских негров против рабства. До того, как рабство было отменено, бежавшие с плантаций чёрные бразильцы организовывали так называемые киломбу[6], самой известной из которых была Палмарес[7]. В этой киломбу негры Северо-Востока Бразилии сражались до последнего человека. В борьбе, организованной этими комбатантами и их семьями в деревнях, проявился коллективизм довольно высокого уровня. Преследуемые крестьяне — преступники для колониального правосудия — находили убежище в Палмаресе. Киломбу сражались почти сто лет. Это была подлинная борьба угнетённых против угнетателей и первый опыт партизанской войны в Бразилии.

Какой видит «Вооружённый революционный авангард — Палмарес» революцию в Бразилии?

Ответ на этот вопрос должен содержать в себе и ответы на весьма непростые теоретические и политические вопросы, что несколько проблематично из-за ограничений, наложенных рамками этого интервью. В самом общем виде наша точка зрения такова:

Сельские районы представляют собой «слабое звено» в цепи империализма. В них наиболее остро проявляются противоречия, порождаемые бразильским капитализмом. В них живёт бóльшая часть населения Бразилии и подавляющее большинство эксплуатируемых. Чтобы изменить ситуацию в сельском хозяйстве страны, нужно сломать всю систему, основанную и построенную именно на отсталости и нищете наших сельских районов.