Военно-политическая работа с массами (без. илл.)

В этих районах мы создаём первую партизанскую колонну — альтернативу власти господствующих классов, зародыш будущей Народной армии. Строительство подобной армии в Бразилии означает не только формирование партизанских колонн, но и организацию нерегулярных партизанских отрядов во всех жизненно важных точках страны. Это предполагает расширение военно-политической работы с массами, в первую очередь — с рабочим классом.

Рабочий класс, несмотря на длительный период зависимости от реформистов, несмотря на заткнутый кляпом рот и жестокое подавление со стороны бразильской диктатуры, играет крайне важную роль в революционном процессе в стране.

Но разве капитан Ламарка не «хладнокровный убийца»?

Это диктатура хладнокровно убивает наших товарищей. С января по август были убиты пятеро из нас: Жуан Лукас Алвес — замучен до смерти полицейскими в штате Минас-Жерайс; Севериану Виана Колон — погиб под пытками полицейских палачей штата Гуанабара; Рамилтон Кунья — застрелен, когда шел с работы; Карлус Роберту Занирату — подвергнут столь жестоким пыткам, что предпочёл в наручниках броситься под автобус; Фернанду Боржес де Паула Феррейра — застрелен полицией в Сан-Паулу.

Жестокость бразильской диктатуры ужасает. Десятки наших товарищей подвергаются таким пыткам, что на всю жизнь остаются калеками. Репрессивный аппарат Бразилии хватает людей целыми семьями, содержит их как заложников, полностью изолированными от мира — не щадя ни старух, ни подростков, ни даже двухлетних малышей[8].

«Вооружённый революционный авангард — Палмарес» не заинтересован в жертвах среди мирного населения. При проведении 21 экспроприации финансов нами были убиты только два охранника — да и то в результате необходимой самообороны. При экспроприациях оружия и другого оборудования мы ещё ни разу не были вынуждены стрелять. Над сдавшимися охранниками банков и полицейскими мы никогда не глумились. А с теми, кто оказывал сопротивление, — вели честный бой.

Кроме того, «Вооружённый революционный авангард — Палмарес» осуществил то, что мы считаем крупнейшей экспроприацией финансов без применения оружия, проведенной революционерами в Латинской Америке. После длительного расследования нам удалось найти часть знаменитого «наследства» бывшего губернатора Сан-Паулу Адемара Перейры де Барруса, долгие годы богатевшего за счёт коррупции. После смерти Адемара деньги остались в руках его «секретарши». Сеньора не могла сообщить властям об их исчезновении, поскольку эти доллары были незаконно ввезены в страну. Мы получили 2,5 миллиона долларов США, что в старых крузейро представляло собой более десяти миллиардов.

А как насчет терроризма?

Мы поняли, что настало время ответить на насилие противника осуществлением революционного правосудия.

Его примером стала казнь капитана Чендлера, так же как и взрывные устройства, установленные нами у дверей домов угнетателей рабочего класса в Белу-Оризонти (инспектора в профсоюзах банковских служащих и металлургов и делегата Всеобщего союза трудящихся во время забастовки октября 1968 года).

Между тем господствующие классы Бразилии недавно перешли в идеологическое контрнаступление — нам начали приписывать такие действия, которые практикует или сам репрессивный аппарат государства, или ККК[9]. Именно в их стиле было организовать поджог трёх телестанций в Сан-Паулу, патрульной машины с двумя полицейскими внутри и подбросить бомбу в резиденцию кардинала Сан-Паулу.

Как вы себя чувствуете теперь, когда стали знаменитым?

Развитие революционного процесса определяется не отдельными личностями, а авангардом угнетённых и эксплуатируемых. Я — член «Вооружённого революционного авангарда — Палмарес» и желаю лишь одного: бороться с оружием в руках. Ставшие революционерами мужчины и женщины вносят свой вклад в общее дело самыми разными путями, они сражаются за свои идеалы анонимно. Если некоторые из них по стечению обстоятельств и становятся знаменитыми, это никак не сказывается на их статусе солдат революции.

Правящие классы стремятся персонифицировать революционную деятельность, связать её с несколькими именами только для того, чтобы попытаться деморализовать нас и показать свою «эффективность».

Не хотели бы вы добавить ещё что-нибудь?

Бразильская революция представляет собой часть более широкой борьбы эксплуатируемых всего мира за своё социальное и политическое освобождение и, в особенности, — часть Латиноамериканской революции; но борьба за освобождение континента от североамериканского империализма и за создание социальной системы, способной разрешить наши проблемы, — это борьба за социализм.