Читаем Войны за становление Российского государства. 1460–1730 полностью

Несмотря на внутриполитическую нестабильность и продолжавшуюся при дворе борьбу за власть, новое правительство продолжило в целом придерживаться прежнего курса. Важным успехом Софьи и Голицына стало заключение нескольких антитурецких союзов с иностранными державами – это стало возможным благодаря тому, что вот уже почти 30 лет Русское государство было активным игроком на восточноевропейской дипломатической сцене. В 1682 году большое османское войско вторглось в Венгрию; год спустя турки уже вплотную подступили к Вене. Габсбурги заключили союз с Речью Посполитой, Саксонией и Баварией и смогли остановить османов у стен австрийской столицы. В 1684 году папой Иннокентием XI была основана Священная Лига, которая призвана была защищать христианский мир от посягательств Османской империи. Эта коалиция была очень заинтересована в союзе с Москвой. Софья и Голицын воспользовались этим для того, чтобы укрепить свой авторитет внутри страны и добиться выгодных для Русского государства условий от западных держав. В 1686 году был заключен «Вечный мир» с Речью Посполитой, по которому поляки не только оставили все формальные притязания на Киев, но и отказались от совместного протектората над Запорожской Сечью; в результате Запорожье вошло в состав русской империи. Это была высшая точка регентства Софьи; Русское государство стало союзником Польши по Священной Лиге203. По условиям этого заключенного в Москве договора Россия обязывалась помочь Лиге в вербовке новых членов антитурецкой коалиции и выступить в поход против Крымского ханства.

Выполняя условия «Вечного мира», русское правительство предприняло два больших крымских похода – в 1687 и 1689 годах. Анализ этих военных кампаний дает прекрасную возможность оценить состояние русских вооруженных сил в конце XVII века.

В некотором смысле события первого похода не стали неожиданностью. Командование армией, разумеется, было доверено Голицыну. Он не только был одним из знатнейших людей в Русском государстве, но и обладал опытом военных действий на Юге: до своего возвращения в Москву, чтобы возглавить царское правительство, Голицын два года командовал войсками в украинских кампаниях [Hughes 1984: 8–14; Загоровский 1980: 213, 218–219]204. Впрочем, сам по себе такой опыт не означал наличия полководческого таланта и вообще склонности к военному делу. Для представителей высшей русской знати социально-политический статус по-прежнему был неразрывно связан с высоким местом в военной иерархии, поэтому командование войсками в походах поручалось членам главных боярских и княжеских родов из тех соображений, что сама их принадлежность к потомственной военной элите государства является гарантией их компетентности в этой сфере деятельности. И наоборот – обладание политической властью предполагало право (и обязанность) лично возглавить крупный военный поход [Crummey 1983: 46]. Голицын обладал не только колоссальным богатством, но и тонким вкусом, был сторонником европеизации, выдающимся политиком и государственным деятелем, имевшими обширные связи при европейских дворах. Однако, судя по всему, он не испытывал особого желания принимать на себя командование армией в крымском походе – не только из-за связанных с этим политических рисков, но и потому, что в принципе не имел интереса к военному делу [de la Neuville 1994: 34–35; де ла Невилль 1996]205.

Войска, которые во главе с Голицыным должны были выступить на Крым, начали собираться на южных рубежах Русского государства весной 1687 года. Перечисляя поводы к войне, царское правительство едва упомянуло о соглашении со Священной Лигой, однако подробно остановилось на старых обидах, связанных с татарскими набегами, угоном людей в рабство и разорением русских земель206. Готовая к походу армия стала доказательством успешного претворения в жизнь реформы 1680 года: это было огромное, более чем стотысячное войско, свыше двух третей которого составляли полки «нового строя» и чуть более половины – пехотинцы. Недавние реформы упростили русскому бюрократическому аппарату выполнение уже привычных военно-административных задач по мобилизации такого количества ратников, снабжению их продовольствием, порохом и ядрами, а также огнестрельным оружием стандартного образца и доставке всего этого (включая кавалерийские припасы, за которые помещики платили из своего кармана) к пунктам сбора [Stevens 1995: 89; Новомбергский 1914, 1: 316–317; Бобровский 1885: 77]. Однако из-за многочисленных задержек подготовка к походу затянулась: многие служилые люди прибывали с опозданием или не являлись вовсе. Обозы тоже задержались в пути. В итоге армия Голицына выступила на Крым позже запланированной даты.

Перейти на страницу:

Все книги серии Современная западная русистика / Contemporary Western Rusistika

Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст
Феномен ГУЛАГа. Интерпретации, сравнения, исторический контекст

В этой книге исследователи из США, Франции, Германии и Великобритании рассматривают ГУЛАГ как особый исторический и культурный феномен. Советская лагерная система предстает в большом разнообразии ее конкретных проявлений и сопоставляется с подобными системами разных стран и эпох – от Индии и Африки в XIX столетии до Германии и Северной Кореи в XX веке. Читатели смогут ознакомиться с историями заключенных и охранников, узнают, как была организована система распределения продовольствия, окунутся в визуальную историю лагерей и убедятся в том, что ГУЛАГ имеет не только глубокие исторические истоки и множественные типологические параллели, но и долгосрочные последствия. Помещая советскую лагерную систему в широкий исторический, географический и культурный контекст, авторы этой книги представляют русскому читателю новый, сторонний взгляд на множество социальных, юридических, нравственных и иных явлений советской жизни, тем самым открывая новые горизонты для осмысления истории XX века.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов , Сборник статей

Альтернативные науки и научные теории / Зарубежная публицистика / Документальное
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века
Ружья для царя. Американские технологии и индустрия стрелкового огнестрельного оружия в России XIX века

Технологическое отставание России ко второй половине XIX века стало очевидным: максимально наглядно это было продемонстрировано ходом и итогами Крымской войны. В поисках вариантов быстрой модернизации оружейной промышленности – и армии в целом – власти империи обратились ко многим производителям современных образцов пехотного оружия, но ключевую роль в обновлении российской военной сферы сыграло сотрудничество с американскими производителями. Книга Джозефа Брэдли повествует о трудных, не всегда успешных, но в конечном счете продуктивных взаимоотношениях американских и российских оружейников и исторической роли, которую сыграло это партнерство.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Джозеф Брэдли

Публицистика / Документальное

Похожие книги

«Умылись кровью»? Ложь и правда о потерях в Великой Отечественной войне
«Умылись кровью»? Ложь и правда о потерях в Великой Отечественной войне

День Победы до сих пор остается «праздником со слезами на глазах» – наши потери в Великой Отечественной войне были настолько велики, что рубец в народной памяти болит и поныне, а ожесточенные споры о цене главного триумфа СССР продолжаются по сей день: официальная цифра безвозвратных потерь Красной Армии в 8,7 миллиона человек ставится под сомнение не только профессиональными антисоветчиками, но и многими серьезными историками.Заваливала ли РККА врага трупами, как утверждают антисталинисты, или воевала умело и эффективно? Клали ли мы по три-четыре своих бойца за одного гитлеровца – или наши потери лишь на треть больше немецких? Умылся ли СССР кровью и какова подлинная цена Победы? Представляя обе точки зрения, эта книга выводит спор о потерях в Великой Отечественной войне на новый уровень – не идеологической склоки, а серьезной научной дискуссии. Кто из авторов прав – судить читателям.

Игорь Иванович Ивлев , Борис Константинович Кавалерчик , Виктор Николаевич Земсков , Лев Николаевич Лопуховский , Игорь Васильевич Пыхалов

Военная документалистика и аналитика