Воспоминания. От службы России к беспощадной войне с бывшим отечеством – две стороны судьбы генерала императорской армии, ставшего фельдмаршалом и президентом Финляндии

Аналогичная «оттепельная битва» шла с 24 апреля по 23 мая на участке Кестеньга, где оборонялись две дивизии 3-го армейского корпуса. Русские усилили войска двумя дивизиями и двумя бригадами. Охватывающим маневром они поставили под угрозу единственный путь снабжения армейского корпуса через слабо защищенную лесистую местность. Хотя этот театр военных действий входил в сектор, за который отвечал немецкий командующий, меня беспокоил ход боевых действий, и не только в оперативном смысле. Немцы вновь обратились за помощью к финским войскам, но, несмотря на напряженную ситуацию и осознание того, что значительное поражение на севере поставит всю оборону Финляндии в серьезное положение, я не смог удовлетворить их просьбу.

Я был не против вернуть немцам 163-ю пехотную дивизию, тем более что по договоренности с генералом Дитлем я вернул 6-ю финскую дивизию, отправленную в Каяани. В середине мая немецкая дивизия была переброшена в Лапландию. Сформированная в Берлине, на Свирском фронте она не представляла большой ценности. Этим берлинцам и бранденбуржцам, совершенно незнакомым с карельской местностью, пришлось нелегко.

После отхода 163-й пехотной дивизии к северу немецких войск южнее линии озеро Оулуярви – деревня Мииноа не было. Был сделан большой шаг к разделению сил, к чему я стремился с начала войны.

Благодаря подкреплениям, предоставленным в распоряжение 3-го армейского корпуса генералом Дитлем, продвижение противника на участке Кестеньга удалось наконец остановить и восстановить первоначальную линию фронта. И здесь потери русских были тяжелыми. Попытка русских продвинуться значительными силами через лесистую местность по дороге снабжения, проложенной во время марша, была свидетельством инициативы и смелости, однако на такие операции русские оказались способны не более, чем во время Зимней войны.

В 1942 году произошли некоторые изменения в военном управлении оккупированными территориями.

Когда в 1941 году финские войска оккупировали часть Восточной Карелии, они захватили территорию, сильно пострадавшую от войны, но еще больше – от разрушений, произведенных при отступлении русскими. Как и на других театрах военных действий, здесь применялась тактика «выжженной земли». Это означало эвакуацию населения и разрушение домов, средств связи и имущества, которое невозможно вывезти.

Что касается эвакуации населения, то эта мера оказалась успешной лишь частично. Те карелы, которые не стали жертвами массового изгнания в предвоенные годы, покидали свои дома с большой неохотой. Во многих местах отъезд откладывали до тех пор, пока военные действия не сделали его невозможным, а часто население избегало изгнания, скры-

442

ваясь в лесах. Оставшимся разрешили вернуться в свои дома, или их, при невозможности из-за близости фронта, разместили в лагерях. Осталась четверть первоначального населения, 90 000 человек, половина – карелы, а остальные преимущественно сосланные из Советского Союза. Наиболее трудоспособных из них призвали на военную службу или депортировали, так что преобладали старые и совсем юные.

Отсутствие местной администрации и какого-либо порядка в экономической жизни поставило перед оккупирующей державой трудную задачу, которую вначале выполняли командиры армейских корпусов и дивизий, которым были даны специальные инструкции. Согласно им, система управления оккупированной территорией должна, по возможности, совпадать с системой управления в Финляндии. В инструкции указывалось, что административные меры должны носить такой характер, чтобы дать понять населению Восточной Карелии, а также зарубежным странам, что мы хотим повысить уровень жизни без оглядки на национальность или политические взгляды жителей. Население должно привлекаться к производительному труду по собственному желанию.

Эти принципы предполагали доверительную работу с населением. Уже первые контакты дали куда более значительные результаты, чем мы ожидали, учитывая те противоречившие международным нормам приказы по развертыванию партизанского движения, которые советское правительство передавало населению. Ни с карельским, ни тем более со славянским населением не возникло никаких трений.

Можно сказать, населению оккупированных Финляндией территорий не только были предоставлены права в соответствии с международными конвенциями, но и в анналах Второй мировой войны оно пользовалась особой заботой.

Сравнительное затишье весной 1942 года, царившее на большинстве участков Восточного фронта, создавало впечатление такового перед бурей. Лишь на южном и северном флангах шли бои местного значения, в результате которых немцы овладели Крымом на юге, а юго-восточнее Ленинграда смогли устранить нанесенные противником зимой бреши в блокадном кольце.