Восстановление Римской империи. Реформаторы Церкви и претенденты на власть

Кавад ответил на оскорбительный отказ Юстиниана предсказуемым вторжением на римскую территорию на главной месопотамской границе между двумя империями. В то же самое время он начал расшатывать римские интересы в Лазике и Иберии – двух пограничных государствах между империями на Кавказе и в восточной части Черного моря (карта 5). В 528 г. две попытки римлян угрожать Нисибису – главному опорному пункту персов в Месопотамии потерпели поражение, и перед Константинополем открылась безрадостная перспектива. От зарождающейся катастрофы римлян спасла их победа в 530 г. под Дарой – главной базой римлян против персидского войска, которое пришло ее осаждать. Победу завоевал Велизарий (его теперь сопровождал Прокопий), и власть ее отпраздновала. Но оказалось, это было преждевременным. В 531 г. персы совершили неожиданное нападение на римскую территорию, и Велизарий потерпел поражение в Каллиникуме, настолько тяжелое, что была назначена комиссия для расследования его обстоятельств[118]. К концу 531 г. над головой Юстиниана начали собираться грозовые тучи. Если оставить в стороне победу под Дарой, персидский гамбит потерпел неудачу. После Каллиникума Юстиниан не мог больше претендовать на военный успех в борьбе со старым врагом как доказательство того, что за его властью стоит Бог. Над императором начали кружить политические стервятники.

Ника

Шанс для них появился с совершенно непредсказуемой стороны. Восточно-римский аналог футбола – настоящий опиум для народа – не пользовался таким поклонением, как гонки на колесницах. Возничие являлись спортивными суперзвездами того времени, получавшими огромное жалованье и имевшими колоссальную популярность; их перемещения между определенными командами в пределах отдельно взятого города (самыми популярными были «зеленые» и «синие»; «красные» и «белые» – аутсайдеры) порождали у фанатиков вопли отчаяния или радости. В общем, группировки сторонников, по крайней мере в самых крупных городах империи, были чем-то большим, чем клубы фанатов: к VI в. они стали иерархическими силовыми организациями, которые управляли конкретными районами железной рукой: скажем, клуб болельщиков «Манчестер Юнайтед» встречается с «Мафией». Как рассказывает нам Прокопий, эти молодые люди не брили на лице волосы, носили маллеты (разновидность прически, когда волосы подстрижены коротко по бокам и спереди, а сзади оставлены длинными. – Пер.), широкие лацканы и множество побрякушек. Вообще говоря, они были на короткой ноге с официальными городскими властями. Но в мире, в котором львиную долю занимает крайняя бедность и более или менее отсутствует полиция, границы дозволенного можно было довольно легко переходить, и существовал предел тому, сколько вымогательства и запугивания можно вынести, особенно в самой столице империи. Поэтому в воскресенье 11 января 532 г. семерых представителей двух главных группировок – «зеленых» и «синих» – должны были повесить, но произошла роковая ошибка. Две веревки оборвались, и пара несостоявшихся висельников – по одному от каждой группировки – скрылись и нашли убежище в ближайшей церкви.

В следующий вторник состоялись другие гонки на колесницах, и, согласно древней традиции, использовать такие поводы для того, чтобы попросить покровительства путем организованных ритуальных песнопений, собравшаяся толпа попросила императора, сидевшего в царской ложе, простить заключенных. Юстиниан отказался, после чего «зеленые» и «синие» начали массовые беспорядки. С криками «Ника!» («Победа!» – традиционный боевой клич римской армии) они штурмовали столичную тюрьму и освободили всех заключенных. Ситуация уже выглядела довольно скверной, но затем вдруг все изменилось. Другие гонки колесниц назначили на среду, на проведение которых император дал разрешение, боясь еще худших беспорядков, если он их запретит. На этом мероприятии опять раздались требования в форме песнопений, но на этот раз они были откровенно и намеренно политическими. Теперь люди в толпе хотели не просто прощения для некоторых хулиганов, как и они сами, а увольнения трех главных министров Юстиниана, включая Трибониана, который на тот момент еще занимался тем, что отметал большую часть хаотической путаницы, которую представляла собой римская юриспруденция, в мусорную корзину.