Восточнославянская этнография

Набойщики встречаются в разных селах, малорусских и великорусских, но не в большом числе, как последние могиканы исчезающего промысла. Можно встретить их на ярмарках, на базарах, где они под открытым небом набивают за маленькое вознаграждение нехитрые узоры на полотне. Мы встречали набойщиков в Боромле, в Лебедине. В первой половине прошлого столетия значительное число набойщиков было в с. Андреевка Змиевского у. В 1880 г. здесь было всего двое и по два в Балаклее, в г. Змиеве[111]. Кроме набивки холста набойщики старого времени производили еще торговлю набивным холстом, развозили его по ярмаркам на своих повозках. Теперь такая торговля прекратилась и весь приход набойщика ограничивается задельной платой.

Набивной холст шел у малорусов и великорусов на штаны общеизвестного рисунка в синие полоски или клеточки; но в последние годы большинство крестьян стали и в этом отношении пользоваться дешевыми фабричными материями. В старое время набойки применялись к скатертям, простыням, к бумажным обоям; но все эти производства совершенно исчезли по невозможности конкурировать с гораздо более красивыми, разнообразными и дешевыми фабричными изделиями. Ныне набойчатый холст идет только на штаны да на подкладку. Недостаток заработка побудил набойщиков обратиться к другим более прибыльным занятиям.

Каждый мастер-набойщик есть в то же время и резчик узоров на деревянных досках, на которых производится набойка. Доска эта имеет в длину 14 вершков, в ширину — 12, а в толщину — вершок. Рисунки вырезаны на обеих сторонах, так что на одной доске можно печатать материю лишь двумя узорами. Число рисунков невелико: 4, 6, 8, что предполагает 2, 3, 4 доски. Названия (ныне в Лебедине): полосатка, полосатка в два смушка, горошек, квиточки. Самая набивка производится на обыкновенном столе. Успешность работы зависит от ловкости и усердия мастера. В день мастер может выбить до 500 аршин холста. Набивка краски по доске производится небольшими четвереугольными подушечками, и затем холст нажимается по доске катком деревянным с утолщением в середине. Обычные краски — лазурь и белила. В старину, когда изготовлялись и обои, в употреблении были и другие краски. Краска приготовляется растиркой в смеси с конопляным маслом. Меряют холст на локоть или на аршин. Плата очень устойчивая: еще в 1880 г. в Змиевском у. за аршин платили 2 коп., так ныне в Лебединском за локоть платят 2 коп., но при сравнительном вздорожании жизни очевидно, что в этой маленькой плате скрывается одна из главных причин прекращения выбоечного мастерства.

У гончаров

Пятнадцать лет тому назад почтенный исследователь промыслов Ахтырского у. А.Д. Твердохлебов в 3-м выпуске «Трудов комиссии по исследованию кустарных промыслов Харьковской губернии» отметил в виде общего заключения: «Современный гончар — бедненький, большей частью приниженный мужичок, мало или вовсе безграмотный. Ни ростом он не взял, ни внешностью не выглядит. На вид не больной, но и не совсем здоровый. Многие жалуются на ревматизм, на отек ног; „чадиемо часто и в хати, и в глинищи, — говорят гончары, — от свинцу иноди становытся у роти тисненько“…» С тех пор гончары не выросли, не разбогатели и не вошли в силу и здоровье. И теперь они, за единичными исключениями, выглядывают и бедненькими, и приниженными, в особенности боромлянский гончар, к которому, собственно, и относились приведенные слова г. Твердохлебова. Я ознакомился с гончарами во многих пунктах и вполне зажиточного нашел только одного, да и тот в последнее время занимался более каменщичьими подрядами, чем собственно гончарным промыслом. Только у этого хозяина я нашел хорошее, вполне благоустроенное подворье, с двумя большими горнами, с особым помещением для просушки сырой посуды. У громадного большинства горшки выделываются и сушатся в общем жилом помещении, что поддерживает постоянную сырость, от которой страдают не только живущие в хате, но и самые хаты.

Г-н Твердохлебов упадок гончарного промысла объясняет вздорожанием топлива и пророчит переход гончаров к печным и кирпичным работам. Пророчество это в значительной степени оправдалось. В особенности заметен упадок гончарного промысла в Ахтырке: и число гончаров уменьшилось, и производство стало весьма однообразным в интересах удовлетворения лишь элементарной потребности в посуде.