Воздушный фронт Первой мировой. Борьба за господство в воздухе на русско-германском фронте (1914—1918)

Продолжалось наращивание неприятельской воздушной группировки в полосе русского Северного фронта. По данным нашей армейской разведки, «в местечко Радзивилишки, где находится самый большой аэродром Риго-Двинского участка, недавно вновь доставлена значительная партия летательных аппаратов. Усилены одновременно с этим авиационные отряды, расположенные и в других пунктах данного фронта. Значительно расширены станции цеппелинов, которые до сего времени находились в Либаве и Ковно»^[358]. Одновременно проводились испытания новых видов боеприпасов. Так, в районе Сувалок была испытана новая зажигательная авиабомба большой мощности. По оценке специалистов, «такие бомбы германцы рассчитывают метать со „сверх-цеппелинов“ новой формы, набеги которыми они уже производили на Сулонь, Париж и Англию. Эти „сверх-цеппелины“, вероятно, скоро появятся и на нашем Северном фронте. Они уже не имеют формы обыкновенных сигар, а очень напоминают собою фигуру рыбы, покрытую каким-то серовато-серебристым составом алюминиевого порошка, при помощи которого рыбовидного „сверх-цеппелина“ очень трудно отличить от окружающей атмосферы даже днем на небольшой высоте»^[359]. Свои новые технологии противник держал в строжайшем секрете.

К весне в полосе русского Северного фронта появился новый германский самолет «Альбатрос» уменьшенного типа. Летательный аппарат, имевший скорость 140 км/час, мог быстро набирать высоту даже при неблагоприятных атмосферных условиях. Вместо обычных боеприпасов, авиационные пулеметы снабжались «исключительно разрывными пулями»^[360]. Стрельба такого рода пулями производится как с «Альбатросов», так и с «Фоккеров»^[361].

В этот период на востоке немцы перешли к широкому применению стальных стрел (дротиков). Последние сбрасывались с воздушных судов целыми ящиками не только на воинские части, но и на гражданские объекты. Подобный факт имел место при бомбардировке цеппелином окраин г. Рига в начале марта 1916 г.^[362]

Однако германское командование в последующие месяцы никаких наступательных действий на участке Северного фронта не предпринимало, продолжая осуществлять воздушные налеты на ближний тыл русских войск. Большинству немецких летчиков приходилось работать в зоне интенсивного огня нашей артиллерии, заметно снижавших их результативность.

В конце февраля, по данным наблюдательных постов передовых русских частей, на русско-германском фронте были прекращены полеты германских «двухвостых» аэропланов. Последний случай их появления был отмечен на Двинском участке Северного фронта в конце предыдущей кампании. На октябрь 1915 г. противник располагал тремя боевыми машинами такого типа^[363].

В первых числах марта в полосе русского Юго-Западного фронта был пленен экипаж австро-венгерского самолета типа «Фарман», совершивший вынужденную посадку в расположении наших войск. В соответствии с рапортом старшего врача Александринского лазарета Поленского «около часу дня над д. Б.З. стал опускаться австрийский аэроплан и затем, упав, врезался носовой своей частью в замерзший пруд. Немедленно помощник заведующего хозяйством 2-го подвижного Московского Александринского лазарета Штандарт с санитарами лазарета и несколькими крестьянами бросился к месту падения аэроплана. Один из выскочивших летчиков выхватил револьвер, но, увидя перед собой много людей, не стал сопротивляться, и оба сдались»^[364]. Позднее экипаж (офицер-наблюдатель Е. Кайзер, пилот Г. Грейер) был передан военным властям.

В начале весны 1916 г. войсками Западного фронта была проведена крупная наступательная Нарочская операция (18–29 марта) с целью разгрома двинской группировки противника и выполнения союзнического долга по максимальному отвлечению германских войск с Западноевропейского театра войны. Противовоздушное прикрытие наступавших войск обеспечивала зенитная артиллерия. О ее плотности говорит тот факт, что только в полосе наступления 2-й русской армии (район оз. Нарочь) на участке фронта в 27 км было сконцентрировано до 15 зенитных батарей. Часть из них использовалась для защиты объектов армейского тыла (железнодорожных станций и артиллерийских складов), остальные находились непосредственно в боевых порядках войск^[365].

Привлечение такого количества зенитных подразделений вытекало из взглядов русского командования о возрастающей роли воздушных сил на театре военных действий. Поэтому при обороне и ходе подготовки наступления для борьбы с ними уже требовалось привлечения до 18–22 % всей легкой полевой артиллерии, имевшейся на фронте. Например, только для защиты боевого участка 38-й пехотной дивизии (19-й армейский корпус) Северного фронта в мае 1916 г. было задействовано шесть противосамолетных батарей (36 орудий)^[366].

В большинстве своем в качестве зенитной артиллерии выступали нештатные батареи и взводы, сформированные в составе дивизий и корпусов для решения задач противовоздушного прикрытия войск и военных объектов. Зенитные подразделения на штатной основе имелись лишь в ограниченном количестве.