Возрождение «Ливерпуля». Инсайдерская история о триумфальном возвращении «красных»

На следующий день после того как американцы купили «Ливерпуль», они отправились в манчестерский отель, чтобы встретиться с Каррагером и Стивеном Джеррардом, которые готовились к международному товарищескому матчу между сборными Англии и Испании. Именно здесь Каррагер впервые встретился с Фернандо Торресом, который вскоре стал первым крупным трансфером эры Хикса и Джиллетта.

«Джордж Джиллетт, похоже, знал о «Ливерпуле» больше, чем Том Хикс, который появился из ниоткуда и принял участие в сделке», – сказал Каррагер. Джиллетт потратил восемнадцать месяцев, пытаясь купить «Ливерпуль», но Рик Парри и Дэвид Мурс не верили, что у него есть необходимый уровень средств, чтобы продвинуть клуб так далеко, где они и так уже были.

«Я помню, как в Мелвуд привезли новую модель стадиона, – вспоминал Каррагер. – Там было много стали и стекла. Она выглядела потрясающе. Может быть, я ошибаюсь, но иногда я задаюсь вопросом, насколько мировой финансовый кризис повлиял на их планы. Мы довольно быстро перешли от положения, когда казалось, что у нас много денег, к тому, когда казалось, что мы сокращаем расходы. Очевидно, они хотели построить стадион. Таково было их намерение. Если они построят стадион, то клуб будет стоить дороже, и именно для этого они в нем и находятся. Они были здесь не потому, что любили «Ливерпуль», они использовали «Ливерпуль», чтобы делать деньги».

Несмотря на свой начальный оптимизм, Торрес поначалу не произвел на Каррагера впечатления.

«Честно говоря, он не был великим обучаемым игроком. Если свести тренировку на уровне Премьер-лиги к ее самой основной форме, то это игра в футбол на небольших площадках: сделать оборону организованной и плотной, держать владение быстро и накоротке, убедиться, что ваша атакующая линия развивает такого рода отношения, когда один может играть с другим. Торрес не был в этом силен. Но как только в субботу был матч одиннадцать против одиннадцати – он становился суперзвездой».

«В предсезонную пору я думал: «Хмммм». Я не был уверен насчет него. Помню, как он не забил пенальти в товарищеском матче во время турне по Азии. Он не выглядел так, будто хотел пробить его. Когда я играл против него на международном уровне, он выглядел как правильное нечто, доставляющее неприятности: скорость и сила. Рафа, очевидно, знал игру Торреса лучше, чем кто-либо из нас, но он попросил терпения. Я не думаю, что он ожидал нечто подобное, что он выдавал. Он [Торрес] был очень тихим на тренировочной площадке – не приходил на многие командные вечера. На Рождество он приходил в обычной одежде, а не в маскарадном костюме. Чувствовалось, что его супруга была лучшей подругой, что, конечно, прекрасно. Он не был одним из парней – больших персонажей в раздевалке. Но я всегда говорю, что если кто-то хороший игрок и он хорошо играет, то ты будешь мириться с чем угодно. Если Торрес держится особняком и играет хорошо, то он прекрасный, спокойный парень. Если он плохо играет, то становится жалким ублюдком».

Именно таким Торрес и был в 2010 году, после лета, когда он стал победителем чемпионата мира со сборной Испании и получил кучу лжи от тех, кто в костюмах представлял «Ливерпуль», говоря ему о направлении, в котором идет клуб, и убедили его остаться. К тому времени отношения Торреса с полузащитником, с которым он так хорошо ладил в течение восемнадцати месяцев вначале, также испортились. В победе над «Сандерлендом» Стивен Джеррард избежал встречи с Торресом, празднуя гол. До этого они помогали завершать игру друг друга и, по мнению Каррагера, были «лучшими номерами 9 и 10 в Европе».

«Ливерпуль» занял четвертое место в сезоне 2007/08, став первым полным сезоном, когда клубом руководили Хикс и Джиллетт. Учитывая, что команда хотела бы стремиться вперед в следующей кампании, набор персонала летом 2008 года был некондиционным. Робби Кин был серьезным трансфером, новобранцем из «Тоттенхэм Хотспур» за £20 млн. Ему было почти 28 лет, в расцвете своей карьеры, и он уже пережил большие переезды в миланский «Интер» в подростковом возрасте, а затем в «Лидс Юнайтед», когда те боролись за трофеи – хотя они так и не пришли.

«Рафа отвел меня в сторонку и сказал, что собирается подписать контракт с Робби: «Что думаешь?» Честно говоря, я этого не понимал. Не из-за способностей Робби. Главным образом потому, что примерно с февраля Рафа начал заигрывать Стиви на позиции десятки, и у него сложились блестящие отношения с Торресом. Стиви стал Лучшим игроком года по версии ПФА. Он забил больше двадцати голов и создал двадцать. В Европе не было лучшей двойки нападения. Поэтому, когда Рафа купил Кина, я не мог понять, где он будет играть. Робби был не лучше Стиви в роли десятки. Он был не лучше Торреса. Может быть, он мог бы отодвинуть Стиви чуть назад, но у нас там уже были Алонсо и Маскерано.